Уважаемые коллеги!
В нашем дайджесте № 71 интересные споры:

НК РФ не установлено ограничение проведения процедуры зачета налога, уплаченного в иностранном государстве, только налоговым периодом, в котором получены доходы в этом государстве

Налогоплательщик отразил в декларации по налогу на прибыль за 2013 год доходы, полученные в Республике Казахстан; представил в налоговый орган декларацию о доходах, полученных российской организацией от источников за пределами РФ, а также документы в подтверждение уплаты корпоративного подоходного налога в Республике Казахстан. При этом в целом по итогам деятельности в 2013 году налогоплательщиком получен убыток, в связи с чем налог на прибыль к уплате в бюджет по данным декларации за 2013 год отсутствует. Прибыль была получена в 2014 году, в связи с чем он произвел зачет корпоративного подоходного налога за 2013 год в счет налога на прибыль за 2014 год, подлежащего уплате на территории Российской Федерации. По мнению налогового органа, такой зачет является неправомерным, поскольку за 2013 год налогоплательщиком получен убыток, налог к уплате за этот период отсутствует. Соответственно, не имеется и двойного налогообложения. Положениями НК РФ не предусмотрена возможность переноса уплаченного на территории иностранного государства налога в иной налоговый период в целях уменьшения налога на прибыль, подлежащего уплате на территории Российской Федерации. Суды не согласились с позицией налогового органа, исходя из того, что НК не установлено ограничение проведения процедуры зачета налога одним налоговым периодом, в котором получены доходы. Таким образом, российская организация вправе произвести зачет как в текущем, так и в трех налоговых периодах, следующих после налогового периода, в котором доходы были получены и учтены в целях налогообложения прибыли в РФ, с учетом соблюдения требований о трехлетнем сроке давности, предусмотренном абзацем 2 п. 4 ст. 89 НК РФ. Кроме того, последним абзацем данного п. 3 ст. 311 НК РФ предусмотрено, что подтверждение налогового органа иностранного государства об уплате налога действует в течение налогового периода, в котором оно представлено налогоплательщику. В настоящем случае соответствующее подтверждение получено налогоплательщиком 22.01.2014. Следовательно, он правомерно воспользовался им при исчислении налога на прибыль за 2014 год. Предлагаемое налоговым органом толкование НК РФ чрезмерно ограничивает права налогоплательщика на зачет налога, предусмотренные ст. 311 НК РФ и международными соглашениями об устранении двойного налогообложения.

(постановление 17 ААС от 26.12.2017 по делу № А50-22417/2017, ООО "Новомет-Сервис")

Отсутствие разумных экономических причин для снижения налогоплательщиком арендной платы признано обстоятельством, направленным на получение необоснованной налоговой выгоды

В 2013-2014 гг. налогоплательщик получал основной доход от деятельности по сдаче в аренду собственного недвижимого имущества. Размер постоянной части арендной платы для одного из арендаторов (дочерней компании) был определен из расчета 600 руб., в т.ч. НДС за 1 кв.м. в месяц. В 2015 году к этому договору аренды заключено дополнительное соглашение, по которому размер постоянной части арендной платы определен из расчета 300 руб., в т.ч. НДС за 1 кв.м., в месяц. Налоговым органом установлено, что у налогоплательщика во всех предоставленных договорах аренды нежилых помещений, заключенных с прочими арендаторами, постоянная часть арендной платы за 1 кв.м. составляет от 600 руб. до 990 руб. При этом каждый арендатор обязан «производить за свой счет текущий ремонт». Только с одним арендатором (дочерней компанией) все расходы по ремонту нес налогоплательщик и намеренно снизил цену на аренду на 50%. На вопрос, были ли данным арендатором в адрес налогоплательщика оказаны какие-либо услуги (строительно-монтажные работы, ремонтные работы), из-за чего могла, понизится цена аренды с 600 руб. на 300 руб. за 1 кв.м., директор арендатора ответил, что нет. На основании проведенной экспертизы налоговым органом установлено, что рыночная стоимость арендной платы для спорного арендатора занижена в 2 и более раза, что суд оценил как существенное занижение. Суд согласился с налоговым органом в том, что налогоплательщиком не доказана нерентабельность гостиничного бизнеса взаимозависимого лица при цене аренды, сопоставимой с установленными рыночными ценами. При этом налоговым органом установлено наличие значительной суммы задолженности по арендной плате (отсутствие оплаты с момента заключения договора аренды за постоянную часть арендной платы). Несмотря на указанные обстоятельства, налогоплательщик снизил размер арендной платы, но разумных экономических причин для этого не установлено. Доводы налогоплательщика о том, что спорным арендатором производится погашение задолженности, судом отклонены с учетом того, что указанные обстоятельства имели место после проведения налоговой проверки и не объясняют наличия разумных хозяйственных причин на момент заключения дополнительного соглашения о снижении размера арендной стоимости до 300 руб. за 1 кв. м.

(решение АС Тюменской области от 17.01.2018 по делу № А70-11922/2017, ООО "Дубынское")

Признание письма Минфина частично недействующим не признано обстоятельством, с которым связано начало течения срока на возврат излишне уплаченного налога

В декабре 2015 года налогоплательщик представил в налоговый орган уточненные декларации по налогу на прибыль за 2012 год, в которых сумма налога была заявлена к уменьшению в связи с включением в расходы суммы убытков в виде недостач товаров при отсутствии виновных лиц. В связи с тем, что налоговый орган осуществил самостоятельный зачет только части переплаты по налогу, налогоплательщик направил в инспекцию заявление от 29.03.2016 о зачете в счет текущих платежей другой части переплаты. Решением от 04.04.2016 налоговый орган отказал в осуществлении зачета излишне уплаченного налога по причине пропуска на 1 день срока подачи заявления, предусмотренного п. 7 ст. 78 НК РФ. Обращаясь в суд с заявлением о возврате излишне уплаченного налога, налогоплательщик указал, что моментом, когда ему стало известно о наличии у него переплаты по налогу, является 04.12.2013 - дата изготовления в полном объеме решения ВАС РФ № ВАС-13048/13. Этим решением письмо Минфина РФ от 06.12.2012 № 03-03-06/1/630 признано недействующим как не соответствующее п. 1 ст. 252 и п. 2 ст. 265 НК РФ в той части, в которой положения данного письма предписывают для организаций, осуществляющих розничную торговлю в магазинах со свободным доступом покупателей к товарам, учитывать в составе расходов недостачи товаров при неустановлении виновных лиц только при условии подтверждения этого факта постановлением следователя органов внутренних дел РФ о приостановлении или о прекращении уголовного дела. Суды отклонили данный довод налогоплательщика, исходя из того, что то обстоятельство, что заявление о признании письма Минфина РФ от 06.12.2012 № 03-03-06/1/630 частично недействующим рассмотрено ВАС РФ в порядке, предусмотренном гл. 23 АПК РФ, не свидетельствует об изменении действующего законодательства в части подтверждения расходов налогоплательщиками (статья 265 НК РФ). Возможность учесть в соответствии с п. 2 ст. 265 НК РФ спорные внереализационные расходы в целях исчисления налога на прибыль была у общества на момент представления налоговых деклараций по налогу на прибыль организаций за 2012 год – 28.03.2013. Судья ВС РФ согласился с выводами нижестоящих судов и отказал налогоплательщику в передаче кассационной жалобы в СК ЭС ВС РФ.

(отказное определение ВС РФ от 25.01.2018 по делу № А21-9193/2016, ООО "Виктория Балтия")

Сокрытие операций по реализации автомобилей с использованием схемы «трейд-ин» само по себе не является основанием для доначисления налоговым органом НДС исходя из стоимости подержанных (приобретенных) автомобилей

В ходе проверки налоговый орган установил получение налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды путем занижения налоговой базы по НДС ввиду невключения в нее доходов от реализации автомобилей, полученных от физических лиц по программе «трейд-ин». Налогоплательщик умышленно создал такую схему хозяйствования с использованием взаимозависимого лица и взаимосвязанных лиц, при которой он уклонялся от оформления сделок по приобретению автомобилей у физических лиц, переданных в счет оплаты приобретаемых новых автомобилей по программе «трейд-ин», а также по продаже указанных подержанных автомобилей взаимозависимым физическим лицам, отрицая сам факт осуществления данных операций, уклоняясь тем самым от включения доходов от данных сделок в налоговую базу по НДС. Для расчета налоговой базы использовался затратный метод, исходя из размера задолженности за новые автомобили, которая числилась в учете налогоплательщика за физическими лицами, от которых подержанные автомобили были первоначально получены. Суд счел обоснованными выводы налогового органа о том, что налогоплательщик неправомерно не учел операции в рамках системы «Трейд-ин», но отметил, что налоговый орган не доказал того, что созданная обществом схема привела к неполной уплате (или неуплате) НДС. Определяя объем обязанностей налогоплательщика, налоговый орган в нарушение п. 5.1 ст. 154 НК РФ исчислил налоговую базу не из разницы между ценой перепродажи автомобилей и ценой их приобретения, а из суммы, зачтенной налогоплательщиком в счет оплаты новых автомобилей, то есть из цены приобретения указанных автомобилей. Суммы, зачтенные при получении подержанных автомобилей в счет уплаты новых, являются расходом налогоплательщика, в любом случае не являются доходом от реализации и тем более не свидетельствуют о получении необоснованной налоговой выгоды. Стоимость дальнейшей реализации подержанных автомобилей с целью определения налогооблагаемой разницы, как это предусмотрено п. 5.1. ст. 154 НК, налоговым органом не устанавливалась.


(постановление АС Уральского округа от 22.01.2018 по делу № А34-10514/2016, ООО "Автоцентр Керг Курган")

Бездоговорное потребление электроэнергии, передаваемой сетевой компанией, не освобождает последнюю от исчисления НДС с ее стоимости

По итогам проверки налоговый орган доначислил налогоплательщику НДС, поскольку последний в нарушение п.1 ст.146 и п. 2 ст.153 НК РФ необоснованно уменьшил во 2 квартале 2013 года реализацию по бездоговорному потреблению электроэнергии в отношении нескольких потребителей. Оспаривая решение налогового органа, налогоплательщик ссылался на то, что он не осуществляет продажу электрической энергии потребителям. Кроме того, составленные акты бездоговорного потребления не подтверждают факта бездоговорного потребления электрической энергии указанными в них лицами. Признавая позицию налогоплательщика неправомерной, суды исходили из того, что принимая во внимание особенности рынка электроэнергетики, потребленная в отсутствие заключенного договора электроэнергия подлежит взысканию сетевой организацией с потребителей. В данном случае потребители на возмездной основе получают электроэнергию и в соответствии с нормами НК РФ обязаны уплатить сетевой организации НДС в составе покупной цены. Независимо от наличия (отсутствия) договора электроснабжения на всех потребителях электрической энергии лежит обязанность по оплате принятой электроэнергии в силу положений ст.ст. 540 и 544 Гражданского кодекса РФ. При таких обстоятельствах обоснованно отклонен довод налогоплательщика о том, что тот, будучи территориальной сетевой организацией, основным видом деятельности которой является оказание услуг по передаче электрической энергии и технологическое присоединение потребителей к электрическим сетям, не осуществляет продажу электрической энергии потребителям.
(постановление 9 ААС от 22.01.2018 по делу № А40-102481/17, ООО "Башкирэнерго")

Налогоплательщик вправе учесть в расходах суммы компенсаций работникам, увольняемым по соглашению сторон в целях оперативной ротации кадров

По итогам проверки налоговым органом установлено, что налогоплательщиком в нарушение ст.ст. 252, 255, 270 НК РФ неправомерно включены в состав расходов на оплату труда, уменьшающих налогооблагаемую базу по налогу на прибыль организаций за 2012-2014 годы, суммы выходных пособий, выплаченных при расторжении трудовых договоров. Суд первой инстанции признал данное решение неправомерным, установив, что заключая соглашения с работниками о расторжении их трудовых договоров по соглашению сторон, налогоплательщик преследовал определенную цель, связанную с кадровым управлением: высвобождение вакансий для найма других работников, соответствующих требованиям менеджмента Компании как работодателя с целью повышения эффективности деятельности налогоплательщика (кадровая ротация). При этом суд отметил, что части 2-4 ст. 178 Трудового кодекса РФ не позволяют сделать вывод о регулировании статьей только тех положений, которые связаны исключительно с ликвидацией или сокращением численности сотрудников. Напротив часть 4 ст. 178 ТК РФ устанавливает открытый перечень случаев, при которых возможны такие выплаты. Суд апелляционной инстанции отменил решение суда первой инстанции по данному эпизоду, исходя из того, что процедуры сокращения численности или штата работников, предусмотренной ТК РФ (пункт 2 части 1 статьи 81 ТК РФ) в отношении спорных работников не производилось. Реализуя кадровые решения, направленные на увольнение неэффективных сотрудников, налогоплательщик освобождал вакансии для найма эффективных работников. Попытка налогоплательщика сопоставить увольнение неэффективных сотрудников с процедурой сокращения является несостоятельной и необоснованной. В п. 3 ст. 81 ТК РФ закреплено положение о несоответствии работника занимаемой должности или выполняемой работе вследствие недостаточной квалификации, которая подтверждена результатами аттестации. Позиция налогоплательщика в отношении выплат при увольнении неэффективных сотрудников искажает существо предоставляемых законом прав при отнесении данных выплат в расходы на оплату труда. Суд кассационной инстанции не согласился с выводами апелляционной инстанции, отменив постановление последнего по данному эпизоду и направив дело на новое рассмотрение. Суд отметил, что для признания экономически оправданными расходами выплат работникам, увольняемым по соглашению сторон, значение имеет деловая цель - намерение получить положительный экономический эффект в связи с увольнением конкретного работника, в том числе вследствие уменьшения или изменения структуры персонала, замены работников и т.п. У суда апелляционной инстанции отсутствовали достаточные основания для вывода том, что рассматриваемые расходы не отвечают требованиям статьи 252 НК РФ. По существу суд апелляционной инстанции, как и налоговый орган, оценивал целесообразность прекращения трудовых отношений на соответствующих условиях, что противоречит данной норме закона.

(постановление АС Московского округа от 12.01.2018 по делу № А40-8486/2017, АО "СТС")

ОЦЕНКА TAXOLOGY

Позитивное знаковое постановление кассационной инстанции, расширяющее сферу применения позиции ВС РФ об учете в расходах компенсаций работникам, увольняемым по соглашению сторон, когда такое увольнение сопряжено с процедурой сокращения численности (штата). В судебном акте прямо сказано о том, что положительный экономический эффект может быть достигнут и в случае замены работников (а не только их сокращения), при этом повторена позиция высших судебных инстанций о том, что ни налоговый орган, ни суд не вправе оценивать расходы с точки зрения их экономической целесообразности. Мотивы кадровой ротации (в т.ч. оценка эффективности работы сотрудника) не будут иметь значения для целей налогообложения. Попутно можно отметить, что 25.01.2018 АС Московского округа отменены принятые в пользу налогового органа судебные акты и по другому схожему делу (№ А40- 8526/17). Пожалуй, будет скорее верным отметить, что на этом трехлетняя «эпопея» споров о данной категории выплат подходит к счастливому концу: после целой серии пересмотренных ВС РФ дел кассация Московского округа наконец восприняла предложенные подходы и начала самостоятельно исправлять ошибки нижестоящих судей (прежде всего, апелляции) вместо их молчаливой поддержки. Представляется, что этот факт наконец должен прекратить многочисленные споры об обоснованности выплат при увольнении по соглашению сторон