Дайджест № 62
Уважаемые коллеги!
В нашем дайджесте № 62 интересные споры:
Если вы еще не читали образцово-показательное решение по фактическому праву на доход в в виде дивидендов в цепочке Россия-Кипр-Белиз – рекомендую (спойлер: сотрудникам московского офиса не стоит готовить корпоративные решения за кипрскую компанию)
Замена фундамента под сооружением – это не ремонт, а реконструкция (будьте осторожны)
И снова чудные дела в 9ААС, который гнет свою линию по теме компенсаций при увольнении: теперь очередным поводом для отказа в их учете стало отсутствие сокращения персонала и выплата компенсаций при замене неэффективных сотрудников (хотя весенние позитивные решения СКЭС ВС РФ, в том числе окончательное по спору МХК «Еврохим», были именно о такой ситуации)
Дело о странной попытке налогоплательщика избежать «модификации» льготы по движимому имуществу с 2015 года со ссылкой на статью 5 НК РФ
И многое другое...
Международное налогообложение
Налоговый агент при выплате дивидендов в пользу кипрской компании не вправе применить пониженную ставку, предусмотренную СИДН, если данная компания не является их фактическим получателем

По мнению налогового органа, при выплате дивидендов в 2012-2013 в адрес иностранного учредителя (Республика Кипр) налогоплательщик (в качестве налогового агента) неправомерно применил пониженную ставку по налогу на прибыль организаций в размере 5% (вместо 15%), поскольку указанная кипрская компания не является фактическим получателем дохода в виде дивидендов, учитывая транзитный перевод части полученных дивидендов в адрес организации, являющейся резидентом государства Белиз, не имеющего соглашения с РФ об избежании двойного налогообложения.

К такому выводу налоговый орган пришел на основании следующих обстоятельств.

Кипрская компания является единственным учредителем налогоплательщика. Директора этой компании являются массовыми номинальными директорами. По данным анализа выписки банка по счету кипрской компании установлено, что дивиденды, полученные от налогоплательщика 23.05.2013, переведены 29.05.2013 в сумме 2 475 000 долл. США в адрес Walston Investments Limited (Белиз) с назначением платежа «PAYMENT OF DIVIDENDS». Доля в уставном капитале была приобретена в 2011 году через кипрскую компанию.

Установлено также, что налогоплательщик осведомлен о техническом характере деятельности кипрской компании, а его сотрудники самостоятельно от лица этой компании подготавливают решения о выплате дивидендов, переводят их и отправляют на подпись. Иных поступлений, кроме как от налогоплательщика на банковский счет кипрской компании, открытом в Bank of Cyprus, не имеется.

Таким образом, вышеуказанными доказательствами подтверждаются признаки того, что кипрская компания является компанией-кондуитом.

Учитывая изложенное, налогоплательщик при выплате дивидендов и удержании в качестве налогового агента налога с доходов, полученных иностранной организацией от источников в РФ, неправомерно применил пониженную ставку в размере 5%, поскольку кипрская компания является техническим звеном с массовыми директорами, используемым для вывода денежных средств с территории РФ.

Суд также отметил, что налоговый орган правомерно ссылается на комментарии ОЭСР к Модельной конвенции и ее положения как обосновывающие свою позицию о том, что предусмотренные СИДН льготы не применяются, если доходы выплачиваются в рамках сделки или серии сделок, осуществленных таким образом, что иностранное лицо, претендующее на получение льготы в виде пониженной ставки по дивидендам, процентам и роялти, выплачивает прямо или косвенно весь или почти весь доход (в любое время и в любой форме) другому лицу, которое не имело бы льгот (пониженных ставок и освобождений) по соответствующему договору об избежании двойного налогообложения, если бы такие доходы выплачивались напрямую такому лицу.

Суд принял ссылку налогового органа на судебные дела с участием ПАО «Северсталь» и ООО «Краснобродский южный», отметив, что в вышеуказанных делах применяется аналогичная схема ухода от налогообложения с использованием подконтрольной иностранной компании, зарегистрированной на территории Республики Кипр, не являющейся конечным получателем в отношении получаемого дохода.

(решение АС г. Москвы от 11.10.2017 по делу № А40-73573/17,
ООО «Аукционная компания «Союзпушнина»)


НДС
Местом оказания услуг по техническому надзору за монтажом оборудования на территории РФ признана РФ

Между налогоплательщиком (подрядчик) и иностранной компанией (заказчик) был заключен договор от 01.11.2014, в соответствии с которым подрядчик обязуется оказать заказчику услуги по техническому надзору за монтажом и вводом в эксплуатацию оборудования фабрики на территории РФ (для третьего лица).

По мнению налогоплательщика, оказанные им услуги являются инженерно-консультационными для целей применения пп. 4 п. 1.1. ст. 148 НК РФ. Кроме того, оказываемые им работы (услуги) не являются вспомогательными, в связи с чем РФ не является местом их реализации.

Суды не согласились с позицией налогоплательщика, исходя из следующего.

Условиями Договора от 01.11.2014 и Приложения к нему, выполнение инженерно-консультационных услуг не предусмотрено. Факт выполнения инженерно-консультационных услуг в адрес заказчика не нашел своего отражения и в Актах выполненных работ.

Из условий приложения к договору от 01.11.2014 следует, что налогоплательщик принимает участие как в осуществлении монтажных работ, выполняемых иностранной компанией на территории третьего лица, так и в осуществлении надзора за монтажом оборудования. Соответственно, он по условиям договора от 01.11.2014 и приложения к нему оказывал как основные работы, так и вспомогательные работы (услуги) на территории третьего лица, находящегося на территории РФ.

В соответствии с подп. 2 п. 1 ст. 148 НК РФ местом реализации работ (услуг) признается территория РФ, если работы (услуги) связаны непосредственно с движимым имуществом. К таким работам (услугам) относятся в частности: монтаж, сборка, переработка, обработка, ремонт и техническое обслуживание. Исходя из буквального смысла подп. 2 п. 1 ст. 148 НК РФ приведенный в нем перечень работ (услуг) не является исчерпывающим.

(постановление АС Московского округа от 10.10.2017 по делу № А40-251694/2016,
ООО «ФЛСмит Рус»)

Налог на прибыль
Работы по замене фундамента под станком-качалкой подлежат учету как создание новых основных средств

По мнению налогового органа, налогоплательщик неправомерно включил в состав расходов, уменьшающих налоговую базу по налогу на прибыль организаций, затраты по проведению работ, связанных с устройством фундаментов под станки-качалки, выполненным подрядчиком. Проведенные работы являются реконструкцией объектов основных средств.

По мнению налогоплательщика данные фундаменты под станками-качалками состоят из железобетонных плит, они не являются строениями или сооружениями, не имеют несущих конструкций и представляют собой элемент оборудования - основу станка-качалки; фундамент под станком-качалкой входит в состав станка-качалки и должен учитываться как один объект основных средств — «станок-качалка».

Кроме того, выполненные работы (демонтаж фундамента под станками-качалками и строительство нового фундамента с аналогичными характеристиками) не были направлены на улучшение и совершенствование оборудования, повышение его показателей или увеличение мощности, здесь был осуществлен ремонт объектов основных средств - станков-качалок с целью поддержания исправного функционирования станков и восстановления их первоначальных свойств.

Суды не согласились с позицией налогоплательщика, исходя из следующего.

Из материалов дела следует, что демонтаж станка-качалки с фундамента и полная замена данного фундамента технически возможна, как и замена на данном фундаменте одного станка-качалки на другой, а также установка станка-качалки на новый фундамент.

Таким образом, поскольку налогоплательщиком осуществлена полная замена фундаментов (площадок) под станками-качалками, данные станки-качалки установлены на новые площадки, монтаж фундаментов под станки-качалки подлежит отражению как создание новых основных средств и произведенные в связи с этим затраты надлежит списывать в расходы, уменьшающие налоговую базу по налогу на прибыль организаций, путем начисления амортизации, согласно сроку полезного использования данных основных средств.

(отказное Определение ВС РФ от 03.10.2017 по делу № А65-15047/2016,
АО «Булгарнефть»)




Расходы на выплату компенсаций сотрудникам, увольняемым по соглашению сторон, с целью замены этих сотрудников на новых, признаны необоснованными

Налогоплательщиком в составе расходов на оплату труда в 2012-2014 гг. были учтены суммы, выплаченные в связи с расторжением трудовых договоров (прекращением трудовых отношений). В период увольнения с работниками заключались дополнительные соглашения к трудовым договорам и соглашения о расторжении трудового договора.

Налоговый орган признал указанные расходы экономически необоснованными. Суд первой инстанции не согласился с позицией налогового органа и признал его решение недействительным.

Суд апелляционной инстанции отменил решение суда первой инстанции и удовлетворил жалобу налогового органа, исходя из следующих обстоятельств.

Налогоплательщик, заключая с работниками дополнительные соглашения о расторжении их трудовых договоров по соглашению сторон, преследовал цель высвобождения вакансий для других работников, соответствующих требованиям менеджмента Общества.

Он не оспаривает, что спорные выплаты осуществлялись сотрудникам, увольняемым не в связи с сокращением численности (штата). Он высвобождал вакансии для найма других работников и экономическая выгода и обоснованность заключается в возможности принять на указанные должности новых работников (такой возможности не было бы при сокращении).

Исходя из вышеизложенного, попытка налогоплательщика сопоставить увольнение неэффективных сотрудников с процедурой сокращения является несостоятельной и необоснованной.

Очевидно, что доводы налогоплательщика, положенные в основу решения судом касаются только целесообразности увольнения одних работников и найма других работников. Целесообразность расходов не является критерием для определения экономической обоснованности. Обоснованность расходов должна оцениваться с учетом намерений налогоплательщика получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской деятельности.

Налоговым органом установлено, что у налогоплательщика произошли изменения, связанные не только с увеличением численности, но и с увеличением фонда заработной платы сотрудников, что свидетельствует об отсутствии сокращения расходов.

(постановление 9 ААС от 25.09.2017 по делу № А40-8486/17,
АО «СТС»)


Налог на имущество
Ограничение сферы действия налоговой льготы в отношении движимого имущества не может считаться ухудшением положения налогоплательщика

По итогам проверки налоговый орган установил, что налогоплательщик неправомерно занизил налоговую базу по налогу на имущество организаций на сумму остаточной стоимости движимого имущества, полученного в результате реорганизации, что привело к неуплате налога на имущество организаций за 2015 год. То есть он необоснованно применил льготу по налогу на имущество в отношении движимого имущества, принятого на учет с 01.01.2013 в состав основных средств в результате реорганизации юридического лица.

В ответ на это налогоплательщик указал, что подп. 8 п. 4 ст. 374 НК РФ (в редакции, действовавшей до 2015 года) было предусмотрено, что движимое имущество, принятое налогоплательщиком на учет в качестве основного средства после 01.01.2013, не признавалось объектом налогообложения вне зависимости от способа его приобретения.

Положения п. 25 ст. 381 НК РФ (в редакции Федерального закона от 24.11.2014 № 366-ФЗ «О внесении изменений в часть вторую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» ухудшили положение налогоплательщиков; движимое имущество, принятое реорганизованным лицом на учет после 01.01.2013 и полученное обществом (правопреемником) при реорганизации, должно освобождаться от налогообложения налогом на имущество организаций.

Суд не согласился с позицией налогоплательщика, исходя из следующего.

Согласно п. 2 ст. 5 НК РФ акты законодательства о налогах и сборах, ухудшающие положение налогоплательщиков или плательщиков сборов, а также иных участников отношений, регулируемых законодательством о налогах и сборах, обратной силы не имеют.

Пункт 25 статьи 381 НК РФ в данном случае ограничивает применение льготы по налогу на имущество у реорганизованных организаций именно с 01.01.2015, тем самым, ставя всех налогоплательщиков в равное положение независимо от того, когда состоялась реорганизация - до 01.01.2015 либо после указанной даты.

До 01.01.2015 у организаций - правопреемников обязанности уплачивать налог на имущество не возникает и корректировка налоговых обязательств по налогу на имущество за 2013, 2014 годы не производится. Соответственно, налоговые обязательства за истекшие налоговые периоды (2013 - 2014 годы) инспекцией не корректировались.

При этом каких-либо неустранимых неясностей, сомнений и противоречий в норме п. 25 статьи 381 Налогового кодекса Российской Федерации не содержится, в том числе в сравнении с положениями, закрепленными в пунктах 2, 3 статьи 50 НК РФ, равно как не имеется обстоятельств, оговоренных в п. 2 ст. 5 НК РФ.

(постановление 9 ААС от 27.09.2017 по делу № А40-11739/2017,
АО «Новая перевозочная компания»)



ОЦЕНКА TAXOLOGY

Редкий случай, когда арбитражному суду приходится фактически брать на себя роль Конституционного Суда и на основании ст. 5 НК РФ оценивать применимость к конкретной ситуации заложенных в ней норм-принципов. Мотивировочная часть судебных актов по данному делу едва ли не целиком посвящена разбору не самых сложных вопросов теоретического плана и неизвестно, в силу чего налогоплательщик рассчитывал на положительный для себя исход (ведь в п. 2 ст. 5 НК РФ речь идет лишь об отсутствии обратной силы у актов, ухудшающих положение налогоплательщиков).
Надеемся, что предоставленная информация окажется для Вас полезной. Мы готовы ее обсудить в удобном для Вас формате.
Рассылку Taxology читают финансисты, бухгалтеры, юристы, налоговые менеджеры, собственники бизнеса и даже конкуренты. Одна из лучших аналитических рассылок о налогах в России. Подпишитесь и Вы!