Дайджест № 51
Уважаемые коллеги!
В нашем дайджесте № 51 интересные споры:
Развитие детективной истории оператора СМАРТС, которая начиналась еще в прошлом году очень оптимистично, а теперь учит нас, что совершение сделок с акциями через подконтрольных «киприотов» - это не comme il faut
Дело, из которого вы узнаете банальную налоговую истину в России: получив страховое возмещение в результате хищения, доход учесть нужно, а вот убытки от этого же самого хищения признать просто так нельзя…
Дело, актуальное для банков: учесть убыток от уступки права требования по просроченной задолженности можно только после того, как были предприняты меры по ее взысканию, в том числе за счет обеспечения
Продолжение ранее освещавшейся нами актуальной для многих темы с отказом в применении инфраструктурной энергольготы в отношении несетевых компаний…новая жертва – «Магнит»
И многое другое...
Международное налогообложение
Безвозмездное финансирование, полученное от кипрской компании за счет реализации полученных ею от налогоплательщика акций, рассматривается как скрытая реализация акций с целью минимизации налогообложения

В мае 2011 года налогоплательщик внес в уставный капитал дочерней кипрской компании акции российской организации, которые кипрская компания через три месяца реализовала третьему лицу. По мнению инспекции, полученная от реализации кипрской компанией акций сумма является доходом налогоплательщика, не учтенным для целей налогообложения. Вклад в уставный капитал носит не инвестиционный, а целевой характер. Увеличение уставного капитала дочерней кипрской компании было произведено не с намерением получения дивидендов от деятельности организации, а для продажи акций дочерних организаций с целью ухода от налогообложения налогом на прибыль. Это подтверждается тем, что полученный кипрской компанией доход от продажи третьему лицу вложенных в уставный капитал акций в сумме 2 327 839 660 рублей фактически был передан налогоплательщику путем перечисления кипрской компанией в 2013 году налогоплательщику безвозвратной финансовой помощи в сумме 63 800 000 рублей и еще нескольких сумм транзитом через взаимозависимые с ней организации, выдачи председателю Совета директоров налогоплательщика в 2012 году процентных займов в общей сумме 109 850 000 руб. Суды апелляционной и кассационной инстанций согласились с позицией налогового органа, исходя из следующего. Кипрская компания создана как искусственная организация, формально участвующая в сделках вследствие отсутствия штатного персонала и ответственности за результаты совершаемых сделок; деятельность организации в 2010, 2012 и 2013 годах была убыточной; все операции за все время своей деятельности она осуществляла только с лицами, являющимися взаимозависимыми по отношению к налогоплательщику; все сделки, осуществленные этой организацией, являются скрытыми сделками самого налогоплательщика в целях ухода от налогообложения налогом на прибыль. Целью реализации акций третьему лицу по указанной заинтересованным лицом схеме через посредника в лице кипрской компании является исключительно получение необоснованной налоговой выгоды и минимизация налога на прибыль для заявителя вследствие освобождения от налогообложения операций по внесению вкладов со стороны налогоплательщика в уставный капитал иностранной организации (ст. 39 НК РФ) и освобождения от налогообложения операций по безвозмездной безвозвратной передаче денежных средств от дочерней компании материнской компании (подп. 11 п. 1 ст. 251 НК РФ). Деловые цели, на которые указывает налогоплательщик, фактически привели к сокрытию налоговой базы налогоплательщика при реализации ценных бумаг и выводу прибыли в офшорную зону (Республика Кипр).

(постановление АС Поволжского округа от 31.05.2017 по делу № А55-18894/2016)

ОЦЕНКА TAXOLOGY

Данный спор продолжает серию дел, в которых суды приходят к выводу об использовании взаимозависимой кипрской компании для приобретения или продажи какого-либо объекта (имущества, имущественных прав) исключительно для целей минимизации налогообложения. Доход кипрской компании в таком случае признается не ее доходом, а доходом лица, признаваемого его фактическим получателем. При этом рассматриваемое дело является уже не первым с участием этого же налогоплательщика (АО «СМАРТС»). В одном из выпусков дайджеста мы рассказывали об аналогичном деле данного налогоплательщика, которое на стадии апелляции было рассмотрено в его пользу (№ А55-11332/2016). Тогда суд во многом делал акцент на целях создания кипрской компании, но в конечном итоге кассация отменила то постановление, направила дело на новое рассмотрение. На днях это дело было рассмотрено уже в пользу налогового органа. В данном деле у обоих вышестоящих судов нет сомнений, что имеет место организованная компанией налоговая схема. При этом суд апелляционной инстанции в качестве одного из ключевых доводов указал на систематическое совершение налогоплательщиком аналогичных операций (в 2014 году им по аналогичной схеме продавались третьим лицам акции других операторов связи). Таким образом, систематичности отводится все большее значение при доказывании налоговыми органами различных «схем», иных вызывающих сомнение операций (стоит напомнить, что систематичность стала едва ли не основным аргументом в пользу налогового органа в деле ОАО «Сахарный завод «Ленинградский» (№ А32-18982/2016), где отмечалось, что кипрская компания одним и тем же образом распоряжалась дивидендами, получаемыми ею не только от данного налогоплательщика, но и от иных подконтрольных ей сахарных заводов в России).

Налог на прибыль
Передача контрагентам рекламных каталогов с образцами продукции не включается в расходы, если установлено, что она не имела рекламного характера

В ходе проверки инспекцией установлено, что налогоплательщик в нарушение положений ст. 252, п. 4 ст. 264, п. 16 ст. 270 НК РФ неправомерно учел расходы в отношении безвозмездно переданных рекламных каталогов. По мнению компании, приобретение каталогов обусловлено бизнес-моделью, в рамках которой он формирует маркетинговый бюджет, приобретает рекламные каталоги, предоставляет их своим контрагентам с целью донесения информации о своем товаре конечным покупателям, поскольку обои могут быть приобретены конечными покупателями только у контрагентов. Поэтому материалы были адресованы неопределенному кругу лиц - конечных потребителей его продукции (обоев), направлены на привлечение внимания к продукции и на продвижение обоев на российском рынке. При рассмотрении дела установлено, что согласно пункту 8.1 коммерческих условий работы к договорам купли-продажи товара в кредит, заключенным между налогоплательщиком (продавец) и контрагентами (покупатели), продавец обязуется в т.ч. предоставить обязательное количество бесплатных рекламно-информационных материалов, а именно: каталоги с образцами продукции и пр. Налогоплательщик осуществлял безвозмездную передачу каталогов покупателям в рамках уже действующих договоров купли-продажи товара в кредит, а те распространяли только каталоги с образцами продукции (обоев), в которых содержались образцы продукции, ранее приобретенной у налогоплательщика. Они распространяли каталоги исключительно с целью повышения собственных объемов продаж. Рассматривая спор в пользу инспекции, суды учли, что в соответствии с п. 1 ст. 3 Федерального закона от 13.03.2006 № 38-ФЗ «О рекламе» реклама – это информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке. В данном случае каталоги с образцами обоев реализовывались конкретным покупателям, с которыми у налогоплательщка уже имелись долгосрочные договорные отношения, следовательно, основной критерий понятия «реклама» - реализация товара неопределенному кругу лиц – в данном случае отсутствовал.

(постановление АС Московского округа от 14.06.2017 по делу № А40-101493/2016)

Выплата страхового возмещения за похищенное имущество сама по себе не является основанием для списания соответствующих расходов без документа уполномоченного органа об отсутствии виновных лиц

В ходе проверки установлено, что налогоплательщик в нарушение подп. 5 п. 2 ст. 265 НК РФ включил в состав расходов стоимость похищенных товаров при разбойных нападениях. Документы, подтверждающие отсутствие виновных лиц, не представлены. По мнению компании, она вправе одновременно со включением в состав внереализационных доходов сумм страхового возмещения учесть и соответствующие расходы, понесенные в связи с хищением ТМЦ. Похищенное имущество было застраховано на основании договоров страхования, по факту совершения хищений составлены акты на установление страховых случаев, выплачены суммы страхового возмещения. Признавая позицию налогоплательщика необоснованной, суды исходили из следующего. Обществом представлены постановления о возбуждении уголовного дела, постановления о признании потерпевшим(ей), страховые акты, бухгалтерские справки, подтверждающие себестоимость похищенного имущества, однако документы, подтверждающие отсутствие виновных лиц, не представлены. Между тем, подп. 5 п. 2 ст. 265 НК РФ содержит императивную норму о том, что "в данных случаях факт отсутствия виновных лиц должен быть документально подтвержден уполномоченным органом государственной власти". Таким образом, налогоплательщиком не выполнено одно из обязательных условий для подтверждения права на учет в составе расходов, уменьшающих налоговую базу по налогу на прибыль организаций, сумм убытков от хищения ювелирной продукции. Получение страхового возмещения по договорам страхования, по которым были застрахованы риски утраты (недостачи) имущества, само по себе не свидетельствует о выполнении предусмотренных подп. 5 п. 2 ст. 265 НК РФ условий для принятия спорных расходов в качестве основания для уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль организаций.

(постановление АС Московского округа от 14.06.2017 по делу № А40-178575/2016)

Уступка банком права требования обеспеченного долга с убытком без осуществления всех необходимых действий по возврату средств является экономически неоправданной и убыток, полученный в результате такой уступки, не может уменьшать налоговую базу

Налоговым органом в ходе проверки установлено, что Банком в нарушение статей 252 и 279 НК РФ необоснованно включен в 2013 году в состав внереализационных расходов убыток, полученный в результате уступки прав требования по кредитным договорам. При рассмотрении дела установлено, что все кредитные договоры, заключенные с должником, имели обеспечение (залог, поручительство). Цессионарий также являлся залогодателем и поручителем. Банк не предпринимал попыток взыскания задолженности. Принимая судебные акты в пользу налогового органа, суды отметили, что как следует из положений статьи 34 ФЗ от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», кредитная организация обязана предпринять все предусмотренные законодательством меры для взыскания задолженности (включая проценты) с клиента-должника, которые будут свидетельствовать о невозможности дальнейших действий по возвращении просроченных займов либо исполнительных процедур. Убытки, возникшие вследствие уступки права требования, являются экономически необоснованными, поскольку поручители и залогодатели на момент неисполнения заемщиком по кредитным договорам своих обязательств перед Банком обладали достаточным количеством имущества, на которое Банк имел возможность и должен был обратить взыскание. Таким образом, является правомерным вывод судов, что Банк в силу закона обязан предпринять все необходимые действия по взысканию задолженности, и, соответственно, уступка права требования долга с убытком без осуществления всех необходимых действий по возврату средств, особенно при наличии обеспечения, является экономически не оправданной и убыток, полученный в результате такой уступки, не может уменьшать налоговую базу в силу положений ст. 252 НК РФ.

(постановление АС Московского округа от 07.06.2017 по делу № А40-194155/2016)
Налог на имущество организаций
Линии электропередач, используемые налогоплательщиком для собственных нужд, а не для передачи электроэнергии потребителям, не относятся к льготируемому имуществу

Налогоплательщик (АО «Тандер») в 2013 году применял льготную ставку (0,4%) по налогу на имущество организаций (п. 3 ст. 380 НК РФ) в отношении линий электропередач обособленных подразделений – магазинов «Магнит», с чем не согласился налоговый орган. Суд первой инстанции, поддерживая компанию, исходил из того, что отсутствие в ЕГРН записи о деятельности, относящейся к передаче электроэнергии, не может лишить АО "Тандер" права на применение понижающей ставки по налогу на имущество организаций ввиду того, что такие основания налоговым законодательством не предусмотрены. Налоговая инспекция необоснованно указывает, что пониженную ставку могут применять организации, являющиеся субъектами электроэнергетики, на балансе которых учитываются электрические сети и объекты электросетевого хозяйства, входящие в Единую национальную электрическую сеть. Выводы налоговой инспекции противоречат налоговому законодательству, носят дискриминационный характер, поскольку незаконно вводят новые условия, не предусмотренные НК РФ и другими нормативными актами. Суд апелляционной инстанции, с которым согласились и вышестоящие суды, отменил решение суда первой инстанции, рассмотрев спор в пользу налогового органа. При этом суды исходили из следующего. В данном случае имеющееся у налогоплательщика спорное имущество не связано с процессом передачи им электрической энергии потребителям, что необходимо для линий электропередачи, указанных в Перечне имущества, относящегося к железнодорожным путям общего пользования, федеральным автомобильным дорогам общего пользования, магистральным трубопроводам, линиям энергопередачи, а также сооружений, являющихся неотъемлемой технологической частью указанных объектов (утв. постановлением Правительства РФ от 30.09.2004 № 504). Спорное имущество используется налогоплательщиком для обеспечения собственных нужд. Налогоплательщиком не доказано отнесение спорного имущества с учетом его функциональной принадлежности к имуществу, указанному в Перечне в качестве льготируемого. Следовательно, у общества отсутствовали правовые основания для применения в отношении принадлежащих ему спорных линий электропередач льготной ставки налога. При этом АС СКО отметил, что указанная правовая позиция согласуется с выводами, изложенными в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2016 N 309-КГ16- 17717 по делу N № А50-13904/2015 (ПАО «Юнипро», ранее – ОАО «Э.ОН Россия»).

(отказное определение Верховного Суда РФ от 14.06.2017 по делу № А32-13734/2016)

ПРИМЕЧАНИЕ:

Подробная оценка схожей ситуации и итогов ее рассмотрения в суде была приведена нами в TaxAlert № 71 к решению Арбитражного суда города Москвы от 25.04.2017 по делу № А40- 223089/16 ПАО «НЛМК». Теперь с учетом отказного определения ВС РФ от 14.06.2017 следует полагать, что подобная позиция судов получит всеобщее распространение.


Надеемся, что предоставленная информация окажется для Вас полезной. Мы готовы ее обсудить в удобном для Вас формате.
Рассылку Taxology читают финансисты, бухгалтеры, юристы, налоговые менеджеры, собственники бизнеса и даже конкуренты. Одна из лучших аналитических рассылок о налогах в России. Подпишитесь и Вы!