Дайджест № 375

Уважаемые коллеги, добрый день!

В дайджесте № 375
отмечаем интересные дела:

Суд признал, что несвоевременное внесение в ЕГРЮЛ сведений об истечении срока добровольной ликвидации налогоплательщика не привело к безнадежности взыскания его налоговой задолженности

По итогам выездной проверки налоговый орган принял решение от 25.08.2020, которым налогоплательщику были доначислены налоги. В октябре 2020 г. выставлено требование об их уплате, а в ноябре 2020 г. принято решение об их взыскании за счет средств налогоплательщика в банках. В июле 2022 г. вынесено постановление об их взыскании за счет имущества налогоплательщика с возбуждением соответствующего исполнительного производства. В связи с принятием Федерального закона от 14.07.2022 № 263-ФЗ «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации» в отношении налогоплательщика снова приняты меры принудительного взыскания, но в итоге по состоянию на 07.04.2025, задолженность не была погашена.

Между тем, еще в период проведения вышеназванной выездной проверки налогоплательщика 16.05.2019 его участниками принято решение о начале процедуры добровольной ликвидации юридического лица. 28.02.2022 налоговым органом в ЕГРЮЛ внесена запись «истечение срока ликвидации общества с ограниченной ответственностью».

Полагая, что налоговым органом утрачена возможность принудительного взыскания спорной налоговой задолженности, налогоплательщик обратился в арбитражный суд с требованием о признании её безнадежной к взысканию, соответствующей обязанности налогоплательщика прекращенной и исключении из ЕНС данной задолженности. По его мнению, ввиду несвоевременного внесения в ЕГРЮЛ сведений об истечении установленного п. 6 ст. 57 Федерального Закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» срока добровольной ликвидации общества (не более 1 года, в возможностью продления в судебном порядке не более чем на 6 месяцев) налоговым органом необоснованно продлены носящие пресекательный характер сроки принудительного взыскания доначисленных по результатам выездной налоговой проверки налогов, пени и штрафа, составляющих отрицательное сальдо ЕНС.

Суды не согласились с позицией налогоплательщика и рассмотрели спор в пользу налогового органа, отметив, в частности, следующее.

Законодательством не установлена обязанность регистрирующего органа, не регламентирован порядок и сроки по самостоятельному внесению им в ЕГРЮЛ сведений об истечении установленного п. 6 ст. 57 Закона № 14-ФЗ срока добровольной ликвидации ООО. Напротив, им предусмотрены действия самого ООО по инициированию процедуры внесения в ЕГРЮЛ актуальной информации, в том числе касающейся ликвидации, путем обращения в регистрирующий орган.

С заявлением о внесении в ЕГРЮЛ записи об истечении срока ликвидации налогоплательщик не обращался, бездействие налогового органа по невнесению в ЕГРЮЛ соответствующей записи, действия по его внесению в ЕГРЮЛ записи именно 28.02.2022, как и вынесенное 01.07.2022 (с точки зрения налогоплательщика – за пределами сроков принудительного взыскания) постановление о взыскании задолженности за счет имущества налогоплательщика - в установленном порядке не обжаловал вопреки установленному п. 4 с. 1, п. 2 ст. 6, ст. 10 ГК РФ универсальным принципам добросовестности и разумности поведения юридических лиц.

(постановление АС Восточно-Сибирского округа от 27.08.2026 по делу № А33-6728/2025 ООО "Реконструкция")

Суд признал, что разделение единого технологического процесса добычи и реализации полезного ископаемого между взаимозависимыми лицами было направлено на получение необоснованной налоговой выгоды

Налогоплательщик на основании лицензии на недропользование осуществлял деятельность по добыче строительного камня. Затем весь объем добытого камня направлялся на дробильно-сортировочный комплекс третьего лица, расположенный в пределах горного отвода налогоплательщика. Это лицо осуществляло на нем дробление и грохочение добытого строительного камня с получением щебня. Реализация полученного щебня конечным покупателям также осуществлялась этим третьим лицом.

В ходе проверки налоговый орган пришел к выводу о том, что деятельность по добыче и реализации камня была организована взаимозависимыми лицами (налогоплательщик и третье лицо) путем намеренного распределения между ними отдельных этапов единого технологического процесса. Налогоплательщик осуществлял добычу и реализацию камня, тогда как третье лицо производило его дробление и грохочение до состояния щебня соответствующих фракций и реализовывало полученную продукцию конечным покупателям, что привело к существенной минимизации налогового бремени по НДПИ.

Налогоплательщик в качестве возражений указывал на то, что действующее законодательство не обязывает пользователя недр осуществлять самостоятельно полный цикл производства щебня и его реализацию. Осуществление третьим лицом самостоятельной деятельности по дроблению строительного камня подтверждает возможность существования самостоятельного производственного процесса по переработке приобретенного минерального сырья независимо от деятельности по его добыче. Кроме того, третье лицо осуществляло самостоятельную хозяйственную деятельность задолго до создания налогоплательщика. Само по себе приобретение строительного камня у налогоплательщика и последующее производство щебня не свидетельствуют об искусственном разделении единого технологического процесса между взаимозависимыми лицами.

Тем не менее, суды рассмотрели спор в пользу налогового органа, приняв во внимание, в частности, следующие обстоятельства.

Единственным источником дохода налогоплательщика являлась выручка от реализации добытого строительного камня в адрес спорного третьего лица, являвшегося единственным покупателем указанной продукции. При этом реализация камня осуществлялась по цене, близкой к его себестоимости, что не позволяло налогоплательщику получать прибыль от самостоятельной реализации добываемой продукции и обеспечивать за счет собственных доходов приобретение необходимых для разработки месторождения ресурсов (которая велась на оборудовании третьего лица, у которого, кроме того, с налогоплательщиком имелся единый центр управления).

Стоимость единицы добытого полезного ископаемого при исчислении НДПИ определялась налогоплательщиком исходя из цены реализации камня взаимозависимому лицу, тогда как экономический результат от реализации продукции, полученной в результате завершения технологического процесса добычи, формировался у этого лица. Указанный порядок организации хозяйственных операций привел к занижению стоимости добытого полезного ископаемого и, соответственно, налоговой базы по НДПИ, - отметили суды.

(постановление АС Уральского округа от 04.09.2026 по делу № А60-41918/2025
ООО "Месторождение Жуков Камень")

Суд признал, что компенсационные выплаты водителям-экспедиторам за разъездной характер работы являлись составной частью оплаты труда и подлежали обложению НДФЛ и страховыми взносами

Между налогоплательщиком и водителями-экспедиторами были заключены трудовые договоры, исходя из которых работа водителей носит разъездной характер. Эти договорами установлена заработная плата водителя-экспедитора в виде фиксированной суммы в размере оклада, также предусмотрены компенсационные выплаты в виде доплат и надбавок компенсационного характера с формулировкой (при наличии): наименование выплаты «Компенсация за разъездной характер работы»; фактор, обуславливающий получение выплаты «Согласно Положению о разъездном характере работы».

В ходе проверки налоговый орган пришел к выводу о том, что под видом компенсационных выплат за разъездной характер работы налогоплательщик фактически выплачивал сотрудникам заработную плату, не отражая указанные выплаты в составе налогооблагаемой базы по НДФЛ. Налогоплательщик осуществлял расчет компенсации за разъездной характер работы лишь на основании путевых листов с расчетом за километр пробега грузового автомобиля. В итоге налоговый орган счел, что размер заработной платы водителей-экспедиторов состоял из двух частей: постоянной (оклада) и переменной, которая зависела от количества пройденных километров.

Налогоплательщик, в свою очередь, исходил из того, что данные выплаты не являются оплатой труда, так как не зависят от квалификации работника, сложности, количества и качества выполненной работы. Осуществление таких выплат направлено на возмещение дополнительных расходов, произведенных водителями-экспедиторами в связи с проживанием вне места постоянного жительства (суточные), и которые в силу ст. 217 НК РФ не подлежат налогообложению. Документами, подтверждающими, что данные выплаты относятся к суточным, являются: локальный акт, которым водители-экспедиторы отнесены к категории работников, подпадающих под действие ст. 168.1 ТК РФ, и путевые листы.

Суд первой инстанции рассмотрел спорный эпизод в пользу налогоплательщика, отметив, в частности, что возмещение дополнительных расходов (суточные) производилось только за дни, проведенные работником в служебной поездке, а не за факт выполнения им определенной работы.

Суды апелляционной и кассационной инстанций, напротив, рассмотрели данный эпизод в пользу налогового органа исходя, в частности, из следующего. Доказательств того, что спорные выплаты обусловлены реальными расходами работников и являются именно компенсацией конкретных затрат, связанных с непосредственным выполнением ими трудовых обязанностей, не представлено.

Действующее у налогоплательщика Положение о разъездном характере работы не предусматривает обязанность представления работниками в бухгалтерию первичных учётных документов, подтверждающих фактические расходы, понесённые ими в связи с выполнением служебных обязанностей в разъездном порядке; налогоплательщик фактически не истребует у работников такие документы.

В Положении об оплате труда и премирования работников вопреки ст. 135 ТК РФ полностью отсутствует информация, касающаяся водителей – экспедиторов, не указаны должности, не определён порядок и основания осуществления компенсационных выплат, не установлены требования к документам, подтверждающим фактические расходы работников, время нахождения в пути и т.д.

(постановление АС Волго-Вятского округа от 03.09.2026 по делу № А43-19572/2025 ООО "Поволжье-Транс")

Налогоплательщик неправомерно изменил процент отчислений в резерв на гарантийный ремонт без наступления условий, предусмотренные законом для внесения изменений в учетную политику

Налогоплательщик приказом от 31.12.2018 установил в учетной политике предельный размер отчислений в резерв на гарантийный ремонт в размере 10%. Через год им был приказ от 31.12.2019 об утверждении новой редакции учетной политики на 2020 год, в которой процент отчислений был изменен с 10 до 25%. При этом данный приказ был представлен налоговому органу лишь в ходе судебного разбирательства по настоящему делу.

В связи с этим налоговый орган в ходе проверки пришел к выводу о завышении налогоплательщиком расходов на создание резерва по гарантийному ремонту.

Суды согласились с позицией налогового органа и рассмотрели спор в его пользу, отметив следующее.

В соответствии со ст. 267 НК РФ налогоплательщик самостоятельно принимает решение о создании резерва по гарантийному ремонту и гарантийному обслуживанию и в учетной политике для целей налогообложения определяет предельный размер отчислений в этот резерв.

Вместе с тем, согласно ст. 8 Федерального закона от 06.12.2011 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» вносить изменения в учетную политику в течение года можно в случаях: изменения законодательства; разработки нового способа ведения бухгалтерского учета; смены вида деятельности.

Представленная в суд учетная политика на 2020 год, утвержденная приказом от 31.12.2019, не отвечает данным требованиям, поскольку изменения коснулись исключительно процента отчислений в резерв на гарантийный ремонт с 10 до 25%. Условий, предусмотренных законом для внесения изменений в учетную политику, не наступило.

Кроме того, причин, объективно свидетельствующих о невозможности представления учетной политики на 2020 год как в ходе выездной налоговой проверки, так и в ходе досудебного обжалования налогоплательщиком не приведено.

(постановление АС Волго-Вятского округа от 28.08.2026 по делу № А31-2858/2024
ООО "Химспецстрой")

Суд признал, что ввод построенного МКД в эксплуатацию и передача квартир в нем дольщикам сами по себе не освобождают застройщика от продолжения уплаты по нему налога на имущество как в отношении числящегося в ЕГРН объекта незавершенного строительства

В 2020 году в ЕГРН за налогоплательщиком (застройщиком) на праве собственности зарегистрирован объект незавершенного строительства (ОНС). В марте 2022 года ему выдано разрешение на введение ОНС в эксплуатацию; в апреле 2022 года на государственный кадастровый учет поставлен возведенный объект – многоквартирный дом (МКД), квартиры в котором передавались участникам долевого строительства по передаточным актам начиная с марта 2022 года; первая регистрация в ЕГРН права собственности на квартиру в МКД произведена 20.04.2022.

При этом только 24.07.2023 в ЕГРН произведены государственная регистрация прекращения прав налогоплательщик на ОНС и снятие данного объекта недвижимости с кадастрового учета на основании заявления налогоплательщика от той же даты.

В апреле 2023 налоговый орган начислил налогоплательщику налог на имущество за 2022 в отношении данного МКД. Налогоплательщик в качестве возражений сообщил, что правами на МКД не обладает, а ОНС как объект фактически не существует в связи с постановкой его на учет в качестве МКД. После этих возражений налоговый орган произвел перерасчет налога, исчислив его в отношении ОНС, но за весь период 2022 года.

Налогоплательщик обратился в суд с заявлением об обязании налогового органа произвести перерасчет налога в отношении ОНС, исчислив его за период с 01.01.22 по 07.04.22.

Суд первой инстанции рассмотрел спор в пользу налогоплательщика исходя из того, что ОНС как объект перестал существовать после введения в эксплуатацию МКД и, кроме того, налогоплательщик – застройщик не имел возможности повлиять на дольщиков, которые получили по актам приема-передачи квартиры и нежилые помещения в МКД, в части ускорения процедуры государственной регистрации прав на принадлежащие им квартиры и помещения, для того, что бы скорее снять с кадастрового учета ОНС и прекратить свое зарегистрированное право собственности на него.

Суды апелляционной и кассационной инстанции, напротив, рассмотрели спор в пользу налогового органа, согласившись с его выводами: поскольку, согласно данным ЕГРН, налогоплательщик обладал правом на ОНС до 24.07.23, то в силу требований НК РФ, за период до 24.07.23 обязанность уплаты налога в отношении данного объекта, независимо от того, что объект достроен, введен в эксплуатацию и на государственный кадастровый учет был поставлен МКД, лежит на налогоплательщике.

Дополнительно суд проверил и справочный расчет налогового органа о том, если бы налог за 2022 год был исчислен налогоплательщику в отношении МКД (с применением кадастровой стоимости помещений в МКД, в отношении которых в ЕГРН отсутствовала регистрация права собственности на соответствующий месяц расчета). Эта сумма налога за 2022 год, которая подлежала получению бюджетом, в 2,9 раза превышает сумму налога, начисленную к уплате применительно к ОНС. Суд констатировал, что сумма налога, предъявленная налогоплательщику к уплате, более чем в 2 раза меньше той суммы налога, которая подлежала уплате в бюджет.

(постановление АС Центрального округа от 26.08.2026 по делу № А84-4468/2024
ООО "СЗ "Симферопольский")

Привлечение налогоплательщика к административной ответственности по ч. 2 ст. 8.7 КоАП РФ само по себе не лишает его права на применение льготной ставки земельного налога для земель сельхозназначения

Налогоплательщику принадлежал земельный участок из категории земель: земли сельскохозяйственного назначения; вид разрешенного использования: для сельскохозяйственного производства. В отношении данного участка действовала пониженная налоговая ставка в размере 0,3%.

В 2025 году налоговый орган произвел перерасчет земельного налога за период с августа по декабрь 2024 г. с применением ставки в размере 1,5%, что стало причиной налогового спора. Основанием для перерасчета, по словам налогового органа, стало поступление к нему информации от Управления Россельхознадзора о неиспользовании в период с 09.08.2024 по 17.12.2024 спорного земельного участка для сельскохозяйственного производства.

Однако в действительности выяснилось, что на спорном земельном участке налогоплательщиком допущено нарушение обязательных требований земельного законодательства в виде перекрытия плодородного слоя почвы отходами производства. За это нарушение он привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст. 8.7 КоАП РФ, которая устанавливает ответственность именно за невыполнение установленных требований и обязательных мероприятий по улучшению, защите земель и охране почв от ветровой, водной эрозии и предотвращению других процессов и иного негативного воздействия на окружающую среду, ухудшающих качественное состояние земель. При этом данная норма не устанавливает ответственности за неиспользование либо нецелевое использование земельного участка.

В связи с этим суды рассмотрели спор в пользу налогоплательщика, который в свою очередь представил необходимые документы в подтверждение использования спорного земельного участка по целевому назначению.

Суды отметили, что признаки неиспользования земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения по целевому назначению или использования с нарушением законодательства РФ определены специальным Постановлением Правительства РФ от 18.09.2000 № 1482. В данном случае Управлением Россельхознадзора такие признаки зафиксированы не были.

Само по себе привлечение налогоплательщика к административной ответственности в связи с осуществлением деятельности на земельном участке сельскохозяйственного назначения не может автоматически подтверждать нецелевое использование земельного участка. За нецелевое использование земельного участка, в том числе сельскохозяйственного назначения, административная ответственность предусмотрена санкциями ч.ч. 1 - 4 ст. 8.8 КоАП РФ.

Налоговый орган в рамках предоставленных ему полномочий, самостоятельно проверку фактов использования/неиспользования налогоплательщиком спорных земельных участков для сельскохозяйственного производства не осуществил, а также не опроверг его доводов об использовании спорного земельного участка для сельскохозяйственного производства (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

(постановление АС Центрального округа от 27.08.2026 по делу № А64-6106/2025
АО "Племенной завод "Пригородный")



ОЦЕНКА TAXOLOGY

В данном деле суды в очередной раз обоснованно пресекли попытку налогового органа произвести самостоятельную переквалификацию действий налогоплательщика, произведенную специализированным надзорным органом в рамках производства по делу об административном правонарушении, в якобы фактически имевшее место нецелевое использование земельного участка, что является как недопустимым расширительным толкованием одного из составов таких нарушений, так и недопустимой попыткой его подмены на другой состав. При этом суды справедливо не забыли отметить, что, по сути, и с точки зрения распределения бремени доказывания, и представления доказательств перевес в данном споре был на стороне налогоплательщика.