Дайджест № 374

Уважаемые коллеги, добрый день!

В дайджесте № 374
отмечаем интересные дела:

При оспаривании налогоплательщиком бездействия налогового органа по невозврату налога к спорной сумме не могут быть применены правила об ее индексации

В 2013 году суд выдал налогоплательщику исполнительный лист по итогам рассмотрения спора с предметом исполнения неимущественного характера: признать незаконным бездействие налогового органа по невозврату налогоплательщику суммы НДС за I и II кварталы 2012 года и процентов на 13.06.2013, обязать налоговый орган устранить допущенные нарушения путем возврата на счет налогоплательщика суммы НДС за I и II кварталы 2012 года с процентами по день возврата.

Налоговый орган возвратил спорную сумму только в 2025 году, после чего налогоплательщик обратился в суд с заявлением об индексации присужденных судом денежных сумм в порядке ст. 183 АПК РФ.

В удовлетворении требования об индексации было отказано, поскольку, исходя из неимущественного характера требований и восстановления нарушенных прав налогоплательщика в порядке ст. 176 НК РФ к данной категории дел не могут применяться положения ст. 183 АПК РФ, регламентирующие порядок индексации присужденных на основании решения суда денежных сумм.

Налогоплательщик же исходил из того, что судебный акт в части обязания налогового органа возвратить из бюджета соответствующие суммы НДС и процентов подлежит исполнению в том же порядке, что и судебный акт по имущественному требованию, поскольку предусматривает взыскание денежных средств из бюджета. Поскольку механизм исполнения решения о признании незаконным бездействия налогового органа по невозврату НДС аналогичен исполнению судебного акта о присуждении денежных средств, у судов не имелось правовых оснований для отказа в удовлетворении заявления об индексации.

Суды не согласились с позицией налогоплательщика и рассмотрели спор в пользу налогового органа, отметив, что в данном случае налогоплательщик избрал способом защиты нарушенного права порядок, предусмотренный гл. 24 АПК РФ, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным бездействия налогового органа. При этом отсутствуют основания полагать, что требование об обязании возвратить НДС и проценты заявлено им как самостоятельное имущественное требование.

По смыслу гл. 24 АПК РФ требование о понуждении органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не является самостоятельным требованием, а рассматривается в качестве способа устранения нарушения прав и законных интересов заявителя.

Вывод судов в отношении процентов, предусмотренных п. 10 ст. 176 НК РФ, не противоречит разъяснениям, данным в Обзоре судебной практики по вопросам, связанным с индексацией присужденных судом денежных сумм на день исполнения решения суда, утвержденного Президиумом ВС РФ 18.12.2024. Проценты по п. 10 ст. 176 НК РФ к мерам гражданско-правой ответственности не относятся.

(постановление АС Северо-Западного округа от 20.08.2026 по делу № А56-7332/2013 ООО "Форест")

Налогоплательщик не обязан подавать уточненную декларацию к доплате налога, если необходимость такой доплаты выявил налоговый орган в ходе выездной проверки

В 2022 году налогоплательщик представил первичную налоговую декларацию по НДС за 3 квартал 2022 года с исчисленной к уплате в бюджет суммой налога. При этом в книге покупок заявлены налоговые вычеты, в том числе по взаимоотношениям с одним из контрагентов.

В сентябре 2024 года, сразу после получения 30.08.2024 акта выездной налоговой проверки по НДС и налогу на прибыль за 2020-2022 гг., которым установлен факт совершения налогоплательщиком налогового правонарушения по взаимоотношениям с указанным недобросовестным контрагентом, налогоплательщик представил уточненную налоговую декларацию по НДС за 3 квартал 2022 года, в которой исчислил налог к уплате в бюджет, увеличив налоговые обязательства на сумму вычета по спорному контрагенту относительно первичной налоговой декларации.

По итогам камеральной проверки этой уточненной декларации налоговый орган вынес решение об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в котором указал, что налогоплательщиком НДС за 3 квартал 2022 года исчислен в завышенном размере, составившем 501 313 руб. (сумма вычета по спорному контрагенту).

Однако налогоплательщик оспорил это решение налогового органа, ссылаясь на то, что отказ в принятии уточненной налоговой декларации нарушает его право, предусмотренное ст. 81 НК РФ, а также на факт самостоятельного выявления им необходимости корректировки налоговых обязательств.

Суды не согласились с позицией налогоплательщика, указав следующее. Налоговый орган в целях соблюдения прав налогоплательщика в части недопущения повторного отражения на Едином налоговом счете (ЕНС) налоговых обязательств по НДС по взаимоотношениям со спорным контрагентом, начисления по которому отражены на ЕНС на основании решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения по результатам выездной налоговой проверки, обоснованно вынес оспариваемое решение, в котором установил факт излишне исчисленного к уплате в бюджет НДС.

В обоснование кассационной жалобы налогоплательщик указал на то, что судами допущена подмена предмета судебного разбирательства. По его мнению, основания для рассмотрения судами решения по итогам камеральной налоговой проверки в контексте решения налогового органа по итогам выездной налоговой проверки отсутствуют.

Суд кассационной инстанции отклонил этот довод и, в свою очередь, отметил, что по смыслу п. 3 ст. 100, п. 8 ст. 101 НК РФ при вынесении решения по итогам налоговой проверки налоговым органом должны быть определены реальные налоговые обязательства налогоплательщика (что и было сделано налоговым органом в настоящем случае).

Что касается ссылки налогоплательщика на его обязанность в силу п. 1 ст. 81 НК РФ подать в данной ситуации уточненную декларацию к доплате, то здесь налогоплательщик не сам обнаружил факт занижения налога в первоначальной декларации по НДС, а узнал об этом из акта выездной налоговой проверки.

(постановление АС Московского округа от 21.08.2026 по делу № А40-216240/2025
ООО "Энергия")



ОЦЕНКА TAXOLOGY

Появление данного спора выглядит несколько неожиданным, учитывая, что налоговый орган по сути и не нарушал прав налогоплательщика, не производил доначислений по спорной декларации, не препятствовал ее принятию и проверке. Не исключено, что со стороны налогоплательщика имела место несколько излишняя перестраховка от предполагаемых им претензий к нему в будущем по поводу несоблюдения обязанности представления уточненной декларации в случае, предусмотренном ст. 81 НК РФ. Поэтому судам пришлось внести дополнительную ясность по данному, казалось бы, несложному вопросу толкования и применения одной из норм НК РФ.



Блокировка налоговым органом счетов ИП в связи с непредставлением им налоговой декларации не распространяется на счета, открытые им в последующем при повторной регистрации в качестве ИП после прекращения этого статуса

Налогоплательщик (физлицо) в период с 22.03.2012 по 01.03.2021 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя (ИП). В связи с непредставлением налоговой декларации по УСН за 2014 год налоговый орган принял решение от 15.06.2015 о приостановлении операций по счетам налогоплательщика в банке.

В дальнейшем 01.03.2021 государственная регистрация налогоплательщика в качестве ИП была прекращена, а с 01.02.2025 он вновь был зарегистрирован в качестве ИП. При этом после открытия расчетных счетов операции по ним были приостановлены на основании все того же самого решения налогового органа от 15.06.2015. В ответ на обращение ИП налоговый орган сообщил, что отмена приостановления возможна только после представления налоговых деклараций.

Налогоплательщик оспорил в суде распространение решения налогового органа о блокировке его счетов на новые счета, открытые им после его повторной регистрации.

Суды первой и апелляционной инстанций рассмотрели спор в пользу налогового органа исходя из того, что прекращение статуса ИП не освобождает физическое лицо от исполнения налоговых обязанностей, возникших в период осуществления предпринимательской деятельности, а ст. 76 НК РФ не устанавливает срока, по истечении которого решение о приостановлении операций прекращает действие.

Решение о приостановлении операций распространяется на вновь открытые счета того же физического лица после его повторной регистрации в качестве ИП, поскольку иное толкование создавало бы возможность уклонения от исполнения налоговых обязанностей посредством прекращения и последующего возобновления предпринимательского статуса.

Суд кассационной инстанции отменил акты нижестоящих судов и рассмотрел спор в пользу налогоплательщика, отметив, в частности, следующее.

Пунктом 11 ст. 76 НК РФ предусмотрено применение правил о приостановлении операций, в частности, к ИП, которые обязаны представлять налоговые декларации. Физические лица, утратившие статус ИП, в приведенный перечень не включены. Таким образом, с 01.03.2021 налогоплательщик перестал относиться к кругу лиц, в отношении которых ст. 76 НК РФ допускает действие специальной меры в виде приостановления операций по предпринимательским счетам.

Утрата статуса ИП не влечет прекращения возникших ранее обязанностей по уплате налогов, однако сохранение возникшей ранее налоговой обязанности не означает сохранения на неопределенный срок любого способа обеспечения ее исполнения независимо от предусмотренных законом условий его применения.

Повторная регистрация физического лица в качестве ИП в 2025 году является новым юридическим фактом. НК РФ не предусматривает, что такая регистрация восстанавливает действие решений о приостановлении операции, прекративших действие в период отсутствия у гражданина статуса ИП.

(постановление АС Московского округа от 19.08.2026 по делу № А40-189562/2025
ИП Царьков)

Суд признал, что при выплате дохода водителям такси налогоплательщик (служба такси) является источником дохода и несет обязанности налогового агента

Между налогоплательщиком (служба такси) и агрегатором такси был заключен договор по предоставлению доступа к сервису для целей оказания службой такси услуг перевозки и/или иных транспортных услуг клиентам агрегатора. При этом агрегатор как агент по поручению принципала (службы) принимал безналичные платежи пользователей (пассажиров) за выполнение услуг такси. Далее полученные от пассажиров платежи перечислялись налогоплательщику, из которых последний выплачивал водителям такси денежное вознаграждение.

По итогам проверки налоговый орган установил, что при выплате дохода водителям налогоплательщик не исчислял с него НДФЛ и страховые взносы, в связи с чем они были доначислены налоговым органом.

Налогоплательщик, в свою очередь, исходил из того, что он является лишь посредником (агентом) в отношениях между агрегатором такси и водителями в цепочке движения денежных средств и не является источником выплаты дохода.

Суды не согласились с позицией налогоплательщика и рассмотрели спор в пользу налогового органа, отметив следующее.

Обстоятельствами, имеющими значение для правильного рассмотрения настоящего дела, является определение источника доходов в отношении выплат, полученных водителями такси, - такое лицо выступает налоговым агентом для водителей такси. Установление источника выплат для водителей зависит от сложившейся цепочки движения денежных средств и тех участников цепочки, которые вступают в договорные отношения с пассажиром по оказанию услуг по перевозке легковым такси.

В данном случае денежные средства поступают (передаются) водителям непосредственно от налогоплательщика. Во взаимоотношения по заключению договора перевозки грузов и пассажиров посредством такси вступает налогоплательщик, следовательно, агрегаторы не являются стороной таких соглашений, в связи с чем не могут выступать источником дохода (работодателем) для водителей. Агрегатор такси также не оказывает пользователям услуги по пассажирским автомобильным перевозкам, равно как и каких-либо иных возмездных услуг, не имеет в собственности или на ином законном основании автомобилей.

Часть водителей работала на автотранспортных средствах налогоплательщика, взаимоотношения которых с последним предусматривали график работы и план работы (количество выполненных заказов в день). Таким образом, из сложившихся отношений между налогоплательщиком и водителями следует, что они находились в фактических трудовых отношениях по поводу оказания услуг в сфере перевозки.

Отсутствие письменных договоров между налогоплательщиком и водителями по поводу оказания услуг не является обстоятельством, позволяющим признать недоказанным факт нахождения водителя в правовых отношениях по поводу оказания услуг. Под договором в данном случае следует понимать доказательства наличия фактических правоотношений по перевозке груза с использованием транспортных средств, принадлежащих водителям или налогоплательщику, а не их документальное оформление.

(постановление АС Центрального округа от 13.08.2026 по делу № А54-9889/2022
ИП Нистратов)

Прощение в 2023 году иностранной материнской компанией долга по договору займа, заключенному после 1 марта 2022 года, образует у заемщика внереализационный доход

Налогоплательщик в ноябре 2022 года получил от иностранной материнской компании (Япония, доля участия 90%) процентный заем. В 2023 году он частично погасил сумму основного долга, остальная часть и проценты были прощены займодавцем.

По итогам проверки налоговый орган пришел к выводу, что в результате указанного прощения долга у налогоплательщика на основании п. 18 ст. 250 НК РФ образовался внереализационный доход.

Налогоплательщик в качестве возражений ссылался на подп. 11 п. 1 ст. 251 НК РФ, согласно которому при определении налоговой базы по налогу на прибыль организаций не учитываются доходы в виде имущества, имущественных прав, полученных российской организацией безвозмездно от организации, если передающая имущество организация прямо и (или) косвенно участвует в уставном капитале получающей такое имущество организации и доля такого участия составляет не менее 50 процентов.

Суды рассмотрели спор в пользу налогового органа, отметив следующее.

Во-первых, учитывая, что при прекращении долгового обязательства путем прощения долга не происходит передача имущества или имущественных прав, оснований для применения подп. 11 п. 1 ст. 251 НК РФ не имеется. Данная позиция отражена в письмах Минфина России и подтверждается судебной практикой. Кроме того, освобождение таких доходов от налогообложения не применяется, если передающая сторона находится в утверждаемом Минфином РФ списке офшорных зон. Государство Япония включено Приказом Минфина России от 05.06.2023 № 86н в Перечень офшорных зон.

Во-вторых, в данной ситуации необходимо руководствоваться специальной нормой подп. 21.5 п. 1 ст. 251 НК РФ, исходя из которой следует, что сумма прощенного долга не включается в доходы только если договор займа с иностранным займодавцем был заключен до 1 марта 2022. В данном же случае спорный договор займа был заключен уже после указанной даты.

Следовательно, если налогоплательщику в 2022 - 2023 прощаются обязательства по договору займа, кредитором по которому после 01.03.2022 является иностранная организация, то соответствующие доходы (сумма основного долга и причитающиеся проценты) учитываются в целях налогообложения прибыли организаций.

(постановление АС Поволжского округа от 17.08.2026 по делу № А55-19734/2025
ООО "Суммато")

Применение повышающих коэффициентов 2 и 4 к ставке земельного налога 1,5% является неправомерным

Налогоплательщику в 2021 году принадлежал участок с видом разрешенного использования «для индивидуального жилищного строительства». Им был исчислен и уплачен земельный налог, исходя из ставки 0,3% от кадастровой стоимости земельного участка с применением повышающего коэффициента 2.

Налоговый орган, в свою очередь, сначала уведомил налогоплательщика о том, что ставка земельного налога в 2021 году в отношении данного земельного участка должна равняться 1,5% с повышающим коэффициентом 1.

После списания со счета налогоплательщика суммы налога с учетом этих показателей налоговый орган еще раз произвел перерасчет налога, применив к ставке 1,5% повышающий коэффициент 2.

Применение этого повышающего коэффициента стало предметом судебного спора, который дважды рассматривался судами первой и апелляционной инстанций (в связи с направлением его судом кассационной инстанции на новое рассмотрение) и каждый раз нижестоящие суды признавали допустимым применение к налоговой ставке 1,5% предусмотренных п. 15 ст. 396 НК РФ повышающих коэффициентов 2 и 4.

При этом суды ссылались, в частности, на то, что к данному выводу пришел Верховный Суд РФ в своем решении от 23.12.2024 № АКПИ24-861 «Об отказе в удовлетворении заявления о признании частично недействующим письма ФНС России от 16.11.2023 № БС-4-21/14484».

Налогоплательщик, в свою очередь, исходил из того, что повышающий коэффициент 2 распространяется только на земельные участки, облагаемые налогом по ставке 0,3 процента. Применение повышающих коэффициентов (2 и 4) к ставке 1,5% при исчислении налога фактически приведет к исчислению налога исходя из процентной доли налоговой базы (кадастровой стоимости) в размере 3% и 6% (соответственно), что противоречит п. 1 ст. 394 НК РФ.

Между тем, повторное рассмотрение данного дела в суде кассационной инстанции состоялось уже после принятия Конституционным Судом РФ Постановления от 21.07.2026 № 52-П по аналогичной спорной ситуации.

В итоге суд кассационной инстанции учел подходы КС РФ к разрешению данного вопроса, отменил акты нижестоящих судов и рассмотрел спор в пользу налогоплательщика, отметив, что, признавая обоснованным применение налоговым органом повышающих коэффициентов к налоговой ставке 1,5%, суды неправильно применили положения ст. 394 и 396 НК в их системной связи.

Оснований для применения в рассматриваемом случае повышающих коэффициентов при исчислении земельного налога за 2021 год по ставке 1,5% не имеется.

(постановление АС Московского округа от 19.08.2026 по делу № А40-158186/2024
АО "Строй Холдинг")