EN
RU

Дайджест № 228

Уважаемые коллеги, добрый день!

В дайджесте № 228
отмечаем интересные дела:
1)
Узнать подробности о том, как без ведома налогоплательщика «обнулили» его декларации, нельзя – инспекция правомерно, по мнению суда, отказывает в предоставлении такой информации
2)
Налоговую декларацию можно подать до истечения налогового периода по такой декларации, и инспекция не вправе отказать в ее приеме
3)
Выемка у третьего лица законна, если в ходе нее удалось найти искомые документы проверяемого налогоплательщика
4)
Внесение вклада в уставный капитал налогоплательщика в виде средств, полученных в качестве бюджетных инвестиций, с 2018 года препятствует праву на вычет по товарам, работам, услугам, приобретенным за счет такого вклада
И многое другое...
Общие положения налогового законодательства
НК РФ не содержит запрета на представление налоговой декларации до истечения соответствующего налогового периода

Налогоплательщик 28.06.2021 представил в налоговый орган по ТКС налоговую декларацию по НДС за 2-ой квартал 2021 г. При автоматизированной обработке этой декларации налоговым органом сформировано уведомление об отказе в приеме налоговой декларации в связи с тем, что период, за который предоставлена декларация, на момент подачи декларации (28.06.2021) не истек. Поскольку последний день, которым завершается течение налогового периода, II квартала 2021 года, приходится на 30.06.2021, то, с учетом положения п. 2 ст. 6.1 НК РФ, обязанность по представлению декларации по НДС за указанный период возникает у налогоплательщика не ранее чем со следующего дня истекшего налогового периода, в данном случае не ранее 01.07.2021.

Суды первой и апелляционной инстанций признали правомерным отказ налогового органа в приеме декларации. Они отметили, что из п. 5 ст. 174 НК РФ следует, что законодатель в целях определения момента, с которым связано возникновение обязанности по представлению декларации, указывает на конкретное событие - истечение налогового периода (в данном случае – квартала).

Довод налогоплательщика о том, что эта норма устанавливает исключительно предельный срок для подачи декларации по НДС, но не определяет начало для исчисления такого срока, отклонен судами как основанный на ошибочном понимании норм права, которые являются императивными нормами, не позволяющими по своей правовой природе выбирать субъекту правоотношений ту или иную форму поведения. Нормы закона, устанавливающие обязанность налогоплательщика представлять налоговую декларацию по НДС по истечении налогового периода, не позволяют в силу своего императивного характера налогоплательщику самостоятельно определить момент наступления срока представления налоговой декларации.

Суд кассационной инстанции отменил акты нижестоящих судов, удовлетворив жалобу налогоплательщика. Он указал, что в законе не существует запрета на подачу налоговой декларации до истечения налогового периода. Подход налогового органа, с которым согласились суды, следует признать чрезмерно формальным.

Такой подход необоснованно ограничивает экономическую деятельность участника гражданского оборота, превращая отказ в приеме налоговой декларации в инструмент подавления экономической самостоятельности и инициативы, чрезмерного ограничения свободы предпринимательства и права собственности, что, как указал КС РФ в Постановлении от 30.07.2001 № 13-П, недопустимо в силу статей 17, 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3) и 55 (часть 3) Конституции РФ и противоречит общеправовому принципу справедливости. Подход суда соответствует судебной практике по данному вопросу, которая нашла свое отражение, в частности, в отказном Определении ВАС РФ № 4207/08 от 03.04.2008.

(постановление АС Московского округа от 30.06.2022 по делу № А41-71625/2021
ООО "Промбурвод регион")



Суд признал правомерным отказ налогового органа в предоставлении подробной информации о факте подачи налоговой декларации неуполномоченным лицом

В ходе выездной проверки от налогоплательщика в налоговый орган поступили уточненные налоговые декларации по НДС с суммой налога к уменьшению («нулевые» декларации). Они были подписаны усиленной квалифицированной электронной подписью, принадлежащей руководителю налогоплательщика с правом действовать от имени общества без доверенности.

В связи с этим налоговый орган направил налогоплательщику требование пояснить причину представления нулевых деклараций.

Налогоплательщик представил ответ на данное требование, в котором указано, что «нулевые» декларации по НДС он не отправлял и во избежание проблем и разрывов НДС для контрагентов он затем представил спорные суммы налога к уплате.

Этим налогоплательщик не ограничился и обратился в налоговый орган с просьбой представить информацию (документы) по приему инспекцией налоговой отчетности от неуполномоченного лица (указан ИНН, ФИО, сведения об операторе, IP адрес и так далее).

В ответ налоговый орган сообщил, что сведения, документы (информация), запрашиваемые налогоплательщиком, не входят в перечень информации, закрепленной положениями ст.ст. 21, 32 НК РФ, ему сообщена общая информация о подписанте спорных деклараций.

Налогоплательщик обратился в суд с требованием признать незаконным бездействие налогового органа по непредставлению всей информации по поводу подачи спорных деклараций.

Суды отказали в удовлетворении требований налогоплательщика исходя из того, что данная информация не поименована в качестве обязательной для представления налоговым органом налогоплательщику. Запрашиваемые им сведения не связаны с применением нормативных правовых актов, регулирующих правоотношения в области налогообложения; с порядком исчисления и уплаты конкретного вида налога или сбора; не касаются прав и обязанностей налогоплательщика, полномочий налоговых органов и их должностных лиц; не связаны с вопросами заполнения форм налоговых деклараций.

Суды отметили, что налоговым органом обращения налогоплательщика рассмотрены, с учетом предоставленных налоговым законодательством полномочий представлена информация в том числе о подписанте «нулевых» налоговых деклараций по НДС, поэтому оснований считать, что инспекцией и управлением допущено незаконное бездействие, не имеется.

(постановление АС Дальневосточного округа от 06.07.2022 по делу № А51-14876/2021 ООО "Ипон-Логистик")



Взыскание во внесудебном порядке налоговой задолженности ИП после прекращения у него этого статуса не противоречит Конституции РФ

Налоговый орган вынес в отношении ИП постановление о взыскании за счет его имущества задолженности по страховым взносам, служба судебных приставов возбудила соответствующее исполнительное производство.

После этого должник прекратил статус ИП, но процедура взыскания с него задолженности продолжалась, в частности, было вынесено постановление об обращении взыскания на его зарплату. Суды общей юрисдикции признали такое постановление законным.

В связи с этим ИП обратился с жалобой в КС РФ. По его мнению, п. 5 ч. 1 ст. 12 Федерального закона «Об исполнительном производстве» и абзац второй п. 1 ст. 47 НК РФ противоречат Конституции РФ, поскольку позволяют взыскивать недоимку по налогам, страховым взносам, числящуюся за лицом, прекратившим статус индивидуального предпринимателя, за счет средств его заработной платы (иными словами, не за счет доходов от предпринимательской деятельности) на основании акта налогового органа (т.е. в отсутствие судебного решения), что ведет к неправомерному ограничению права собственности.

КС РФ принял жалобу к рассмотрению, но в итоге пришел к выводу о том, что оспариваемые нормы, допускающие исполнение постановления налогового органа о взыскании задолженности по налогам, страховым взносам, а также пеней за счет иного имущества налогоплательщика – индивидуального предпринимателя путем удержания денежных средств из заработной платы гражданина, прекратившего статус ИП к моменту вынесения судебным приставом-исполнителем постановления об обращении взыскания на заработную плату, – соответствуют Конституции РФ, поскольку в системе действующего правового регулирования предусмотрены гарантии судебной защиты и обеспечения базовых жизненных потребностей такого гражданина и лиц, находящихся на его иждивении.

Суд отметил, что НК РФ в статье 138 гарантирует налогоплательщику, плательщику страховых взносов право обжаловать акты налоговых органов ненормативного характера, действия или бездействие их должностных лиц в вышестоящий налоговый орган и (или) в суд (пункт 1), 9 причем в случае обжалования в судебном порядке актов налоговых органов, действий их должностных лиц исполнение обжалуемых актов, совершение обжалуемых действий могут быть приостановлены судом в установленном процессуальным законом порядке.

Кроме того, Трудовой кодекс РФ и Закон «Об исполнительном производстве» содержат некоторые гарантийные нормы, которые как по их буквальному смыслу, так и исходя из преследуемой ими цели обеспечить каждому достойный уровень жизни – применяются ко всем физическим лицам вне зависимости от того, было ли связано возникновение неисполненных обязательств должника перед бюджетом с его деятельностью в качестве индивидуального предпринимателя.

Таким образом, правовой механизм внесудебного (бесспорного) взыскания задолженности по налогам (страховым взносам), а также пеней с юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, предусмотренный ст. 47 НК РФ, и действующий в системе правового регулирования, не может рассматриваться как несовместимый с положениями Конституции РФ.

(Постановление КС РФ от 23.06.2022 № 26-П гр. В.В.Соловьев)



Само по себе проведение выемки у иного лица, чем проверяемый налогоплательщик, не служит основанием считать права этого лица нарушенными

В рамках налоговой проверки третьего лица (проверяемый налогоплательщик) налоговый орган произвел осмотр помещений, выемку документов и предметов у налогоплательщика, в отношении которого налоговая проверка не проводилась. При этом в ходе осмотра были обнаружены и документы этого третьего лица в электронном виде.

Налогоплательщик обратился в суд с требованием о признании незаконными осмотра и выемки, поскольку в отношении него налоговая проверка не проводилась, и суды первой и апелляционной инстанции признали это требование правомерным, отметив, в частности, что налоговым органом не представлено доказательств обоснованности осмотра и выемки предметов и документов из занимаемого налогоплательщиком помещения, не имеющего никакого отношения к деятельности проверяемого налогоплательщика (третьего лица).

Ссылка налогового органа на совпадение IP-адреса при сдаче налоговой отчетности обеих вышеназванных организаций отклонена судом первой инстанции как не дающая полномочий для проведения спорных мероприятий не в отношении субъекта проверки.

Суд кассационной инстанции по жалобе налогового органа отменил акты нижестоящих судов и направил дело на новое рассмотрение. Он отметил, в частности, следующее.

Само по себе проведение выемки у иного лица, чем проверяемый налогоплательщик, не служит основанием считать права этого лица нарушенными. Делая вывод о незаконности действий налогового органа по выемке документов по месту нахождения налогоплательщика (заявителя), суды не дали правовой оценки тому обстоятельству, что фактически по указанному месту нахождения были обнаружены и изъяты документы проверяемого налогоплательщика, т.е. фактически цель контрольных мероприятий была достигнута. Оценка обоснованности проведения контрольных мероприятий по месту нахождения заявителя (совпадение IP-адреса, родственные связи руководителей, совпадение видов деятельности, пересечение поставщиков и покупателей и т.д.) дана каждому обстоятельству отдельно, без учета их совокупности и взаимной связи. Таким образом, судебные акты вынесены с нарушением правил оценки доказательств (ст. 71 АПК РФ).

Судами фактически не установлено, были ли у налогоплательщика изъяты документы, относящиеся только к его деятельности, и возвращены ли они ему.

Судами фактически не дано правовой оценки, каким образом действия инспекции затрагивают права и законные интересы налогоплательщика с учетом того, что, как указано в судебных актах, налоговым органом изъята (скопирована) информация в электронном виде, содержащаяся на рабочих компьютерах сотрудников налогоплательщика, а также документы и предметы, имеющие отношение к проверяемому лицу и принадлежащие ему, то есть изъятие налоговым органом электронных и иных документов и предметов направлено на установление фактических обстоятельств в рамках выездной проверки проверяемого налогоплательщика.

(постановление АС Московского округа от 29.06.2022 по делу № А40-117986/2021
ООО "ЛЕ-ИНТЕГРАЦИЯ")



ОЦЕНКА TAXOLOGY

В очередной раз возвращаясь к теме правомерности выемки налоговыми органами документов и предметов у третьих лиц, на примере данного дела можно констатировать, что: 1) налоговые споры по этой теме не прекращаются и продолжают сохранять свою актуальность; 2) исход таких споров во многом зависит от оценки доказательств по делу, а значит, сам вопрос о правомерности такой выемки в целом не может иметь однозначного ответа. Наконец, можно отметить, что суды (по крайней мере в данном деле) придают значение такому моменту как наличие факта обнаружения в ходе выемки искомых документов и предметов (т.е. документов и предметов, имеющих отношение именно к проверяемому налогоплательщику). Соответственно, одним из факторов, влияющих на принятие судебного решения о законности или незаконности такой выемки, все больше становится ее итоговый результат, достижение налоговым органом тех целей, для которых она проводилась. Иными словами, если выемка успешна – она законна, а если безуспешна – то нет.
НДС
Суд признал, что выполненные иностранной компанией работы не имеют признаков инжиниринговых услуг и не создают у заказчика обязанности налогового агента по НДС

Между налогоплательщиком и китайской компанией (подрядчик) был заключен договор, предметом которого является осуществление работ для создания мощностей, необходимых для производства компонентов. Согласно договору под работами понимаются действия подрядчика по организации производства компонентов, включающие в себя разработку, проектирование, изготовление оснастки, проверку ее работоспособности, а также разработку, проектирование, сертификацию компонентов. Под результатами работ понимаются оснастка и права на результаты интеллектуальной деятельности, созданные в ходе исполнения настоящего договора и выраженные в документации подрядчика на оснастку и компоненты.


Стоимость работ включает в себя: 98% от стоимости работ - стоимость оснастки, по 1% от стоимости работ - это стоимость прав на результаты интеллектуальной деятельности, созданные подрядчиком в ходе выполнения работ по договору и выраженные в документации подрядчика на: а) оснастку; б) компоненты.

Налогоплательщик исходил из того, что поскольку иностранная компания по его заказу осуществляет разработку, монтаж и сборку оснастки, которая находится за пределами Российской Федерации, указанные работы в силу положений пп.2 п. 1.1 ст. 148 НК РФ не осуществляются на территории РФ и не создают обязанности налогового агента по НДС, так же как и не создают обязанности налогоплательщика.

Однако налоговый орган пришел к выводу о том, что в данном случае налогоплательщику были оказаны инжиниринговые услуги, место реализации которых прямо определено положениями абз.5 пп.4 п.1 ст. 148 НК РФ, а налогоплательщик как покупатель этой услуги имеет местом регистрации территорию РФ, и он как налоговый агент обязан был исчислить с реализации указанных услуг НДС и перечислить его в бюджет.

Суды не согласились с позицией налогового органа и рассмотрели спор в пользу налогоплательщика, исходя из следующего.

В рамках заключённых контрактов иностранная компания не оказывает налогоплательщику инжиниринговых услуги, поскольку в понимании действующего законодательства инжиниринговая деятельность - это интеллектуальная деятельность, интеллектуальные задачи, решаемые в ходе одного либо всех этапов жизненного цикла какого-либо продукта, процесса либо сооружения, а предметом инжиниринга является не сам объект (материальный объект, производственный процесс, бизнес-процесс, техническая, организационная или социальная система, программный продукт или др.), а интеллектуальная деятельность по созданию этого объекта, организация взаимодействия сторон, участвующих в создании объекта. В данном же случае иностранная компания осуществляет создание и монтаж материального объекта - оснастки, которая будет находиться на территории иностранного государства и использоваться для производства необходимых автомобильных компонентов.

(постановление АС Волго-Вятского округа от 28.06.2022 по делу № А43-1270/2021
ООО "Курганспецмаш")



Суд признал неправомерным предъявление к вычету НДС по оплате работ за счет средств акционера налогоплательщика, полученных ранее акционером в качестве бюджетных инвестиций

В связи с созданием и функционированием особой экономической зоны (ОЭЗ) мажоритарный акционер налогоплательщика получил из бюджета бюджетные инвестиции. Далее вместе с другим акционером они приняли решение об учреждении организации (налогоплательщика). Акционер передал полученные в качестве инвестиций средства в уставный капитал созданного налогоплательщика.

Тот в 4 квартале 2018 года привлек подрядчиков для выполнения работ на объектах инфраструктуры ОЭЗ, а предъявленный ими НДС принял к вычету.

Налоговый орган счел неправомерным заявление указанных налоговых вычетов как нарушающих п. 2.1. ст. 170 НК РФ, так как они выполнены за счет денежных средств, внесенных в уставный капитал налогоплательщика, ранее предоставленных его акционеру в виде бюджетных инвестиций.

Налогоплательщик в качестве возражений против позиции налогового органа приводил следующие доводы.

Во-первых, указанная норма не применима к рассматриваемым правоотношениям. Так как п. 2.1 ст. 170 НК РФ вступил в силу с 01.01.2018, пополнение уставного капитала налогоплательщика произошло до этой даты, а расходование средств осуществлялось после 01.01.2018, речь идет о длящихся правоотношениях, часть которых (пополнение уставного капитала) произошла до введения рассматриваемой нормы, часть (расходование денежных средств на СМР) - после введения. Примененная налоговым органом норма не может применяться к длящимся правоотношениям, так как п. 2 ст. 5 НК РФ предусмотрена недопустимость придания обратной силы актам законодательства о налогах и сборах, ухудшающих положение налогоплательщиков, в том числе, и с учетом длящегося характера правоотношений, возникших до вступления в силу нововведений.

Во-вторых, сам налогоплательщик не является получателем бюджетных инвестиций из бюджета, таковым является его акционер. Между тем в п. 2.1 ст. 170 НК РФ речь идет о субъекте-получателе бюджетной инвестиции в виде вклада в уставной капитал, а не об организациях, в уставные капиталы которых были вложены получателями бюджетных инвестиций полученные ими из бюджета средства.

Суды отклонили эти доводы налогоплательщика и рассмотрели спор в пользу налогового органа, исходя из того, что полученные налогоплательщиком денежные средства являются по своей сути бюджетными инвестициями.

Пункт 2.1 ст. 170 НК РФ вступил в силу с 01.01.2018 без каких-либо изъятий и переходных положений, и распространяется на отношения по приобретению товаров после 01.01.2018, то есть на отношения, связанные с приобретением налогоплательщиком товаров (работ, услуг) в течение налогового периода, по окончании которого определяется база и исчисляется сумма НДС, подлежащая уплате. Спорные расходы на строительно-монтажные работы осуществлены налогоплательщиком после указанной даты в период 4 квартал 2018 г. - 1 квартал 2020 г. Таким образом, при приобретении товаров (работ) после 01.01.2018 налогоплательщик знал об изменившемся регулировании на последующий период, и действие положений п. 2.1 статьи 170 НК РФ, внесенных Федеральным законом от 27.11.2017 № 335-ФЗ, не могло ухудшить его положение.

(постановление АС Поволжского округа от 23.06.2022 по делу № А72-3341/2021
АО "ПОЭЗ")
TaxDigest для Вас представили:
Сергей Семёнов
Управляющий партнер
semenov@taxology.ru
Алексей Артюх
Партнер
artyukh@taxology.ru
Надеемся, что предоставленная информация окажется для Вас полезной. Мы готовы ее обсудить в удобном для Вас формате.