Дайджест № 222

Уважаемые коллеги, добрый день!

В дайджесте № 222
отмечаем интересные дела:
1)
Позиция ВС РФ о разумности срока назначения выездной проверки в связи с подачей уточненной декларации распространяется не только на повторные выездные проверки, но и на первичные
2)
Любопытный спор о целевых параметрах регионального инвестиционного проекта как условия предоставления льгот участникам РИП
3)
Уменьшение СПИ бывшего в употреблении амортизируемого имущества на период нахождения у предыдущего собственника – право, а не обязанность налогоплательщика
4)
Возврат паевого взноса пайщику недвижимым имуществом признается реализацией последнего
И многое другое...
Общие положения налогового законодательства
Суд признал недействительным решение о проведении выездной проверки, принятое с нарушением разумного срока после представления уточненных деклараций

14.03.2019 налогоплательщик представил в налоговый орган уточненные налоговые декларации по налогу на прибыль организаций за 2015-2016 годы, по результатам камеральной проверки которых, проведенной за период с 14.03.2019 по 14.06.2019, налоговым органом нарушений не установлено.

30.09.2020 в связи с представлением этих деклараций налоговый орган принял решение о проведении в отношении налогоплательщика выездной проверки за 2015, 2016 гг.

Налогоплательщик счел, что назначение выездной проверки через такой продолжительный срок после окончания камеральных проверок упомянутых деклараций грубо нарушает принцип правовой определенности, влечет в отношении него избыточное и неограниченное применение мер налогового контроля.

Он также ссылался на Определение Верховного Суда РФ от 16.03.2018 № 305-КГ17-19973 по делу № А40-230080/2016, где ВС пришел к выводу о том, что исключение применения трехлетнего ограничения на глубину проведения выездной проверки, установленного абзацем вторым п. 4 ст. 89 Налогового кодекса, при подаче уточненной декларации не означает, что в случае подачи налогоплательщиком уточненной налоговой декларации повторная выездная проверка может быть инициирована налоговым органом в любое время – без учета разумности срока, прошедшего с момента подачи уточненной налоговой декларации.

Налоговый орган в свою очередь ссылался на то, что данное Определение ВС не может применяться в настоящем деле, поскольку там речь шла о назначении повторной выездной проверки, а в данном случае — о назначении первоначальной проверки (поскольку ранее какая-либо выездная проверка в отношении налогоплательщика за 2015, 2016 гг. не проводилась).

Суды согласились с позицией налогоплательщика и рассмотрели спор в его пользу исходя из того, что у налогового органа было достаточно времени для назначения выездной проверки в более ранние сроки (в т.ч. несмотря на временное приостановление их назначения в 2020 году в связи с распространением коронавирусной инфекции и несмотря на ссылку налогового органа на необходимость проведения предпроверочного анализа перед назначением выездной проверки).

При этом суд апелляционной инстанции отметил: ссылка налогового органа на то, что в определении Верховного Суда РФ от 16.03.2018 № 305-КГ17-19973 по делу № А40-230080/2016 оценивалось назначение повторной (а не первоначальной) выездной проверки, подлежит отклонению, поскольку приводимые в данном судебном акте положения в равной степени применимы и к первоначальной выездной проверке.

Значительный объем оцениваемой информации, необходимость ее анализа (в т.ч. уплаты иного налога (НДС) за иной период (2016-2018)), не могут являться основанием для несоблюдения налоговым органом принципа правовой определенности и создания ситуации, когда добросовестный налогоплательщик, соблюдая требования действующего законодательства, сколь угодно долго, в т.ч. за пределами нормативного срока (пока проводится предпроверочный анализ) должен хранить и предоставлять документы о своей хозяйственной деятельности за уже проверенные периоды.

(постановление АС Центрального округа от 20.04.2022 по делу № А35-1073/2021
ООО ГК "Промресурс")



ОЦЕНКА TAXOLOGY

Судебные акты по делу демонстрируют не самую распространенную и, главное, полезную для налогоплательщиков позицию о необходимости соблюдения налоговым органом разумных сроков при назначении выездной проверки в связи с представлением налогоплательщиком уточненной декларации. Ключевым здесь, пожалуй, являлся вопрос о том, можно ли позицию Экономической коллегии ВС РФ, изложенную в Определении от 16.03.2018 по делу № А40-230080/2016 (в рассмотрении которого в Верховном Суде представители Taxology принимали непосредственное участие), применять не только к случаям назначения повторной, но и к случаям назначения первоначальной выездной проверки. Представляется очень позитивным моментом, что суд ответил на этот вопрос утвердительно. И теперь вызывает интерес вопрос о том, предпримет ли налоговый орган попытку оспорить в Верховном Суде придание универсального характера позиции этого суда по одному из актуальных вопросов налогового контроля.
НДС
Проставление налоговым органом отметки об уплате ввозного НДС лишь в следующем после ввоза товара квартале не препятствует вычету НДС в периоде ввоза

Налогоплательщик ввез товар из Белоруссии. В заявлениях о ввозе от 30.06.2020 он отразил информацию об уплате ввозного НДС. Налоговый орган проставил отметки об уплате НДС 22.07.2020. Далее налогоплательщик представил декларацию по НДС за 2-ой квартал 2020 года, где заявил НДС к вычету.

Налоговый орган отказал в вычете по НДС, поскольку он заявлен за 2-ой квартал, а отметка налогового органа о его уплате проставлена лишь в 3-ем квартале 2020 года. То есть, право на вычет сумм НДС по ввезенным товарам возникает у налогоплательщика не ранее периода, в котором налог по таким товарам уплачен и отражен в соответствующей налоговой декларации и заявлении о ввозе товаров и уплате косвенных налогов с отметкой налогового органа об уплате НДС при импорте товаров. В рассматриваемом случае отметка об уплате налога получена налогоплательщиком в III квартале 2020 года, 22.07.2020, что не позволяет, по мнению налогового органа, налогоплательщику заявлять НДС к вычету в декларации за II квартал 2020 года.

Суд рассмотрел спор в пользу налогоплательщика исходя из того, что проставление налоговым органом отметки об уплате налога не может влиять на право заявить к вычету НДС, который фактически уплачен в периоде ввоза товара.

Налогоплательщиком в отношении товаров, ввезенных на территорию РФ с территории Республики Беларусь, НДС уплачен в полном объеме, чего не отрицал налоговый орган. Им произведены как действия по уплате спорной суммы налога при импорте товара на территорию РФ, так и действия по предоставлению налоговой декларации по косвенным налогам при импорте товаров на территорию РФ с территории государств - членов ЕАЭС за июнь 2020 года, по предоставлению декларации по НДС за отчетный период II квартал 2020 года в установленный законом срок.

Выводы судов корреспондируют правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.02.2021 N 301- ЭС20-22471 по делу № А31-12016/2019.

(постановление АС Московского округа от 23.03.2022 по делу № А41-46701/2021
ООО "Белторгдевелопмент")
Налог на прибыль
Право на использование пониженной налоговой ставки участником РИП не зависит от фактического достижения им цели инвестиционного проекта

Налогоплательщик являлся участником регионального инвестиционного проекта (РИП), целью которого являлся рост объемов добываемого им камня. Как участник РИП он применял нулевую ставку по налогу на прибыль, полагая, что все условия для ее применения им соблюдены.

Налоговый орган счел применение нулевой ставки неправомерным. По его мнению, поскольку целью реализации РИП является величина объема дополнительно добытого строительного камня в результате осуществления собственных инвестиций, по сравнению с объемом, который был бы добыт без реализации инвестиционного проекта и включения организации в реестр участников РИП, а проверкой не установлено существенного увеличения объемов производства ранее производимых товаров, то налогоплательщик не вправе применять пониженные налоговые ставки к налоговой базе по налогу на прибыль организаций.

Так, например, если ранее добыча строительного камня до вступления налогоплательщика в РИП составляла 10 % по отношению к периодам его участия в РИП (принимается за 100 %), то в периоды участия в РИП добыча строительного камня по отношению к периоду до вступления в РИП должна увеличиться с 10 % до 90 %, то есть в 9 раз.

Суды не согласились с позицией налогового органа и рассмотрели спор в пользу налогоплательщика исходя из следующего.

Условия применения налоговых льгот при реализации РИП постановлены в зависимость от объема фактически осуществленных капитальных вложений, предусмотренных инвестиционной декларацией, в пределах установленного ст. 25.8 НК РФ срока, и соблюдения уровня дохода от реализации РИП в налоговом периоде. В рассматриваемом случае данные условия налогоплательщиком соблюдены.

Довод налогового органа об отсутствии в рассматриваемом случае существенного увеличения объемов производства основан только на мнении данного государственного органа. Оценка достижения или недостижения налогоплательщиками планируемых целей реализации инвестиционных проектов не входит в компетенцию налоговых органов, определяемую налоговым законодательством.

Приведенные налоговым органом условия реализации участником РИП права на применение пониженной ставки по налогу на прибыль нормами налогового законодательства не предусмотрены.

(постановление АС Дальневосточного округа от 20.04.2022 по делу № А59-5277/2020 ООО "Никольский камень")



НК РФ не обязывает уменьшить срок полезного использования основного средства на то время, которое оно находилось в эксплуатации у предыдущего собственника

Налогоплательщик приобрел у третьего лица находившиеся в эксплуатации основные средства. С целью определения срока их полезного использования и начисления амортизации он истребовал у продавца первичные документы, подтверждающие сроки полезного использования последним этих основных средств.

Контрагент в итоге предоставил справки о фактических сроках эксплуатации реализованных им основных средств, однако налогоплательщик, не дождавшись этого момента, уже самостоятельно установил срок полезного использования объектов, равный 36 месяцам несмотря на то, что учетной политикой налогоплательщика предусмотрено такое самостоятельное установление срока в случае отсутствия подтверждающих документов о сроке эксплуатации у предыдущего собственника.

Поскольку такие документы у предыдущего собственника имелись (хотя и были представлены не сразу) налоговый орган пришел к выводу, что налогоплательщик необоснованно отступил от положений собственной учетной политики, а суммы амортизации должны быть пересчитаны. При этом налоговым органом не оспаривалась ни правильность определения налогоплательщиком амортизационной группы, ни величина первоначальной стоимости амортизируемого имущества.

Суды не согласились с позицией налогового органа и рассмотрели спор в пользу налогоплательщика исходя из следующего.

Норма п. 7 ст. 258 НК РФ предоставляет налогоплательщику право, но не обязывает его уменьшить срок полезного использования основного средства на то время, которое данное основное средство находилось в эксплуатации у предыдущего собственника. Предоставленная налогоплательщикам п. 7 ст. 258 НК РФ возможность учесть срок эксплуатации основных средств их предыдущим собственником не является альтернативным способом учета; фактически данная норма является льготной, поскольку позволяет ускоренно амортизировать стоимость бывших в эксплуатации основных средств.

Положения об учете срока использования бывших в эксплуатации основных средств не являются обязательными для отражения в учетной политике налогоплательщика; нормами НК РФ не установлена какая-либо зависимость применения упомянутой возможности (как и вообще любой налоговой льготы) от ее отражения в учетной политике; право (а не обязанность) на применение льгот возникает в конкретных условиях, установленных налоговым законодательством, и обуславливается наличием документов, подтверждающих соблюдение этих условий. Реализацией права налогоплательщика на определение нормы амортизации по бывшему в употреблении объекту основных средств с учетом срока эксплуатации предыдущим владельцем, вопреки утверждению налогового органа, будет являться не отражение этого права в учетной политике, а фактическое применение в налоговом учете.

(постановление АС Западно-Сибирского округа от 25.04.2022 по делу № А81-5038/2021 ООО "Нова энергетические услуги")



Суд признал неправомерным применение сельхозтоваропроизводителем льготной ставки к доходам, полученным от размещения средств на депозитных счетах

По итогам камеральной проверки налоговый орган установил, что налогоплательщик, являющийся сельхозтоваропроизводителем, неправомерно применил льготную налоговую ставку 0% по доходам в виде процентов, полученных в результате предоставления займов юридическим лицам и размещения денежных средств в банках на депозитных счетах.

Налоговый орган исходил из того, что доходы в виде процентов по депозитным счетам не относятся к доходам, полученным от деятельности, связанной с реализацией произведенной сельскохозяйственной продукции, а также с реализацией произведенной и переработанной собственной сельскохозяйственной продукции, и подлежат налогообложению налогом на прибыль организаций в общеустановленном порядке (то есть по ставке 20%).

Налогоплательщик ссылался на то, что денежные средства, размещенные на депозитных счетах в банках, были получены исключительно как доход от реализации сельскохозяйственной продукции. Следовательно, проценты, исчисленные банком от такого размещения, относятся к внереализационным доходам, имеющим отношение к сельскохозяйственной деятельности, и подлежат обложению налогом на прибыль по ставке 0%.

Ставка 0% по налогу на прибыль, по его мнению, применяется не по доходам от реализации сельскохозяйственной продукции, а по деятельности сельскохозяйственных производителей, связанной с реализацией их продукции, а также с реализацией произведенной и переработанной ими собственной сельскохозяйственной продукции.

Суды не согласились с позицией налогоплательщика и рассмотрели спор в пользу налогового органа, отметив следующее.

Из договоров банковских вкладов, представленных в ходе налоговой проверки не следует, что открытие банком счета и размещение депозитов обусловлено деятельностью общества как сельскохозяйственного товаропроизводителя. В то же время договоры заключены на общих условиях приема в банковский вклад (депозит) денежных средств юридических лиц.

Полученные сельскохозяйственным товаропроизводителем доходы от предоставления займа не относятся к деятельности, поименованной в п. 1.3 ст. 284 НК РФ, в связи с чем данные доходы подлежат обложению налогом на прибыль организаций в общеустановленном порядке. Аналогичный правовой подход соответствует правовой позиции, изложенной в Определении ВС РФ от 14.08.2018 № 309-КГ18-11179.

(постановление АС Северо-Кавказского округа от 21.04.2022 по делу № А63-6014/2021ООО "СХП "Победа")
УСН
Суд признал, что сделка по возврату паевого взноса вышедшему участнику является сделкой по реализации недвижимого имущества с возникновением облагаемого дохода у передающей стороны

Налогоплательщик являлся потребительским обществом, применяя УСН. Согласно протоколу общего собрания его пайщиков общества от 10.09.2014, в состав пайщиков принято физическое лицо Д. с суммой взноса 1000 рублей. В январе 2016 г. Д. внесла дополнительный паевой взнос в размере 54 000 000 рублей. Через полгода Д. исключена из состава пайщиков. Налогоплательщик принял решение о частичном возврате Д. внесенного ею паевого взноса, но не денежными средствами, а в виде недвижимого имущества – двух нежилых помещений.

Налоговый орган пришел к выводу, что в результате передачи налогоплательщиком помещений у него возник облагаемый доход.

Налогоплательщик, в свою очередь, ссылался на то, что у него не было
намерения именно реализовать спорное имущество, он лишь возвратил паевой взнос. Факт получения пайщиком имущества при его выходе из Общества в качестве возврата паевого взноса в принципе не может иметь другого экономического смысла, кроме возврата паевого взноса. Кроме того, впоследствии (после принятия налоговым органом спорного решения) решением суда по другому делу такой возврат был признан недействительным.

Суды не согласились с позицией налогоплательщика и рассмотрели спор в пользу налогового органа, отметив следующее.

Уставом налогоплательщика предусмотрено, что возврат паевого взноса путем передачи недвижимости осуществляется только если изначально этот взнос тоже вносился пайщиком путем передачи недвижимости. Если же паевой взнос внесен денежными средствами, то для этого случая ни Устав, ни законодательство не предусматривают его возврат путем передачи недвижимости.

Кроме того, между в данном случае между внесением паевого взноса и его возвратом прошел незначительный промежуток времени (полгода).
Ссылка налогоплательщика на вышеупомянутое решение суда по другому делу, которым признаны недействительными решения общего собрания пайщиков о возврате имущества, отклонена, поскольку фактическая реализация имущества имела место в 2016 году, переход права собственности на недвижимое имущество состоялся. При этом дальнейшие действия по истребованию имущества налогоплательщиком не предприняты; до настоящего времени имущество находится в собственности бывшего пайщика Д.

(постановление АС Волго-Вятского округа от 19.04.2022 по делу № А11-11995/2019 ПАО "Инвестиционная компания")
TaxDigest для Вас представили:
Сергей Семёнов
Управляющий партнер
semenov@taxology.ru
Алексей Артюх
Партнер
artyukh@taxology.ru
Надеемся, что предоставленная информация окажется для Вас полезной. Мы готовы ее обсудить в удобном для Вас формате.