Дайджест № 129
Уважаемые коллеги, добрый день!
Обращаем внимание на любопытные дела в дайджесте № 129:
1)
Неожиданное окончание спора Группы ОНЭКСИМ об исчислении НДС с услуг в адрес якобы управляемых из России иностранных компаний – в кассации решили, что управления из России нет, но налог заплатить все равно нужно
2)
Новые примеры споров о дроблении бизнеса – весь спектр ситуаций и критериев налицо
3)
Питание подрядчиков в собственной столовой на удаленном предприятии еще не образует объект ОПХ
4)
Подчиняется ли акт субъекта об утверждении перечня облагаемого по кадастровой стоимости имущества правилам о действии налогового законодательства во времени? – ответ ниже!
И многое другое...
Международное налогообложение
Суд признал, что территория России не является местом реализации налогоплательщиком услуг иностранным компаниям по признаку места управления данными компаниями

По итогам выездной проверки за 2013-2015 гг. налоговый орган пришел к выводу, что налогоплательщик при оказании консультационных и юридических услуг иностранным организациям в нарушение положений ст.ст. 146, 148, 154, 164 НК РФ не исчислил НДС в отношении данных услуг.

Позиция налогового органа основана на том, что местом управления иностранных организаций (заказчиков услуг) является территория России. Этот вывод подтверждается, в частности, тем что в ходе выемки документов у налогоплательщика также изъято 68 печатей различных организаций, в том числе всех спорных заказчиков услуг. Соответственно, оформление документов от имени спорных заказчиков осуществляется на территории РФ. Налогоплательщик же в свою очередь не доказал, что это были лишь дубликаты печатей, а основные печати находятся по месту нахождения компаний. Не представлено и доказательств принятия иностранными организациями решений, уполномочивающих каких-либо лиц на проставление печатей.

Суды первой и апелляционной инстанций согласились с позицией налогового органа, отклонив довод налогоплательщика о том, что что в действительности пп. 4 п. 1 ст. 148 НК РФ помимо критерия государственной регистрации (основного), называет еще три дополнительных критерия для определения места осуществления деятельности покупателя услуг, среди которых критерий «место управления» является третьим. Ими указано, что из положений НК РФ не следует, что вывод о месте нахождения покупателя услуг на территории РФ должен быть построен не на одном критерии (место управления организации), а на совокупности всех указанных критериев, а также что какие-либо из критериев имеют приоритет над другими.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что нижестоящие суды применили закон (пп. 4 п. 1 ст. 148 НК РФ), не подлежащий применению и исключил из мотивировочных частей их судебных актов выводы об управлении иностранными компаниями.

Суд отметил, что положения пп. 4 п. 1 ст. 148 НК РФ предусматривают основной критерий для определения места осуществления деятельности покупателя услуг - место государственной регистрации, а при ее отсутствии три иных критерия (в т.ч. место управления). Местом государственной регистрации спорных иностранных компаний являются Республика Кипр и БВО. Делая вывод, что местом управления этими компаниями является территория России, суды не установили какие-либо управленческие решения, принятые на территории России (в чем именно заключалось управление иностранными компаниями с территории России, какие конкретно функции по управлению ими с территории России подтверждают это, кем осуществлялись эти функции).

Глава 21 НК РФ не раскрывает понятие «место управления организации» для целей НДС и не предусматривает, на основании каких признаков оно определяется. Поэтому, с учетом ст. 11 НК РФ применению подлежат другие нормы законодательства, исходя из которых место управления организации определяется по месту нахождения её исполнительных органов. Установлено, что местом нахождения исполнительных органов спорных компаний является территория, не связанная с РФ. Применение пп. 4 п. 1 ст. 148 НК РФ ошибочно. Но поскольку налогоплательщик не представил расшифровок оказанных услуг, позволяющих определить их содержание и однозначно отнести их к консультационным, вывод судов о том, что НДС подлежит начислению на основании пп. 5 п. 1 ст. 148 НК РФ, является правомерным.

(постановление АС Московского округа от 11.09.2019 по делу № А40-142855/2018,
ООО "Группа ОНЭКСИМ")



Норма, исключающая привлечение к ответственности за нарушение срока представления уведомления об участии в иностранных организациях при подаче последнего вместе со спецдекларацией в рамках амнистии капитала, признана имеющей обратную силу

Гражданин О. 21.06.2016 на основании закона от 08.06.15 "О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов (вкладов) в банках и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" № 140-ФЗ, представил в налоговый орган специальную декларацию об участии с 15.05.2015 в иностранных организациях, поскольку 15.05.2015 он приобрел доли в двух иностранных организациях.

24.08.2016 гражданин подал уведомление об участии в иностранных организациях в соответствии с п. 3 ст. 25.14 НК РФ.

24.04.2018 (через два месяца после введения п. 3.1. ст. 25.14 НК РФ) налоговым органом составлен Акт об обнаружении фактов, свидетельствующих о налоговом правонарушении, по итогам рассмотрения которого 24.07.2018 налоговым органом принято решение о привлечении гражданина О. к ответственности по п. 2 ст. 129.6 НК РФ в виде штрафа в размере 100 000 рублей.

Обжалуя решение о привлечении его к ответственности, О. указал на то, что Закон № 140-ФЗ в решении не упомянут, вопрос применения п. 3.1 ст. 25.14 и п. 2 ст. 109 НК РФ не рассматривался.

Вышестоящий налоговый орган оставил решение о привлечении О. к ответственности в силе, мотивировав это тем, что согласно п. 3 ст. 25.14 НК РФ налогоплательщик обязан подать уведомление об участии в иностранной организации не позднее трех месяцев со дня начала такого участия (в данном случае, не позднее 16.08.2015), а условие об освобождении налогоплательщика от ответственности за просрочку уведомления, а именно, п. 3.1 ст. 25.14 НК РФ, введено законом от 19.02.2018 № 34-ФЗ, то есть, уже после того, как срок уведомления был пропущен.

Рассматривая спор в пользу О., суд исходил из того, что согласно п. 3 ст. 5 НК РФ «Акты законодательства о налогах и сборах, устраняющие или смягчающие ответственность за нарушение законодательства о налогах и сборах, либо устанавливающие дополнительные гарантии защиты прав налогоплательщиков, плательщиков сборов, плательщиков страховых взносов, налоговых агентов, их представителей, имеют обратную силу», в силу чего, введенный в действие 19.02.2018 п. 3.1 ст. 25.14 НК РФ в полной мере распространяется на события, произошедшие до введения его в действие (поскольку обжалуемое решение принято после введения этого п. 3.1).

Суд также отметил, что один лишь факт подачи физическим лицом специальной декларации делает невозможным привлечение его к ответственности по ст. 129.6 НК РФ даже при наличии правонарушения (пропуск срока подачи уведомления). Подача же уведомления при наличии специальной декларации исключает событие правонарушения.

Поскольку О. представил как специальную декларацию, так и уведомление, событие правонарушения отсутствует. Если бы он ограничился подачей только специальной декларации, имело бы место правонарушение, от ответственности за которое О. был бы освобожден.

(решение АС г. Москвы от 04.09.2019 по делу № А40-223422/2018,
ИП Осипов)


ОЦЕНКА TAXOLOGY

Позитивная и оригинальная трактовка положений п. 3.1 ст. 25.14 НК РФ, когда данному пункту не только придается обратная сила. Причем он также не требует, чтобы специальная декларация в рамках т.н. амнистии капиталов и уведомление об участии в иностранных организациях подавались именно одновременно.

Более того, суд исходил из того, что подача специальной декларации в рамках т.н. амнистии капиталов уже сама по себе исключает привлечение декларанта к ответственности за любые налоговые нарушения, в т.ч. и за нарушение срока представления уведомления об участии в иностранных организациях (по сути дается такая трактовка пп. 3 п. 1 ст. 4 закона № 140-ФЗ, когда налогоплательщик в случае подачи спецдекларации может обойтись и без п. 3.1 ст. 25.14 НК).

Наконец, суд решил, что под действие пп. 3 п. 1 ст. 111 НК РФ (устанавливающего отдельный случай отсутствия вины в налоговом правонарушении) подпадают не только столь привычные разъяснения Минфина и ФНС России, но и сам закон № 140-ФЗ, поскольку (как отметил суд) указанный закон содержит разъяснения по вопросам применения налогового законодательства (декларант освобождается от ответственности).

Таким образом, суд первой инстанции приводит более чем широкий набор любопытных доводов в пользу налогоплательщика, которые еще вполне могут стать предметом оценки вышестоящих инстанций.
Дробление бизнеса
Суд признал наличие схемы дробления бизнеса на основании установленного перераспределения доходов/расходов внутри группы компаний, осуществляющих торговлю под единым брендом

По итогам выездной проверки налоговый орган установил, что налогоплательщик, применяющий общую систему налогообложения, две взаимозависимые с ним организации, применяющие УСН «доходы минус расходы», и ИП являлись участниками группы лиц, действующих под единым брендом, и осуществляли оптово-розничную торговлю непродовольственными товарами в неспециализированных магазинах.

В связи с этим налоговый орган пришел к выводу о создании налогоплательщиком схемы дробления бизнеса между несколькими взаимозависимыми лицами с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Налогоплательщик возражал против вывода о наличии схемы дробления бизнеса, указывая, что деятельность спорных взаимозависимых организаций носит самостоятельный характер; данные организации созданы в течение длительного периода времени в связи с необходимостью открытия новых магазинов, имеют собственный персонал, самостоятельно и от своего имени приобретают и реализуют товары, несут расходы на аренду складских и торговых площадей, самостоятельно ведут бухгалтерский и налоговый учет. При этом одна из этих организаций не отвечает признакам формального юридического лица, поскольку 98 процентов его контрагентов являются бюджетными организациями. Сам же налогоплательщик не был заинтересован в применении схемы, так как применял общую систему налогообложения и не был ограничен предельными значениями, при которых может применяться УСН.

При рассмотрении дела в пользу налогового органа было установлено, что помимо регистрации в качестве юридических лиц по одному адресу, наличия общего сайта в сети Интернет, управления с единого IP-адреса расчетными счетами, открытыми в одном и том же банке, ведения бухучета на одном компьютере, эти лица пользовались ресурсами и услугами (в том числе тепловой и электрической энергией, охранно-пожарной сигнализацией, программным обеспечением, услугами связи и рекламными услугами), которые при этом без соответствующей компенсации оплачивались другими входящими в группу лицами. Кроме того, они использовали одну и ту же ККТ, которая перерегистрировалась с одного входящего в группу лица на другое без оформления операций по ее отчуждению, а также имели одних и тех же работников, формально переводившихся из одного входящего в группу лица в другое без изменения должностей и функциональных обязанностей таких работников.

Товар реализовывался в одних и тех же арендованных у учредителя помещениях (разделенных стеллажами торговых залах). При этом налогоплательщик, учитывая доходы и расходы по методу начисления (независимо от факта оплаты), имеет самую большую задолженность. Учредитель же, находясь на УСН, налог с данных операций должен будет уплатить только после поступления денежных средств за аренду помещений.

Каждая из организаций минимизировала свои налоговые обязательства путем перераспределения расходов и несения затрат одними организациями за другие (когда объем выручки одной из организаций, применяющих упрощенную систему налогообложения, приближался к предельному уровню доходов, позволяющих применять специальный налоговый режим, доходы распределялись на иные организации или на ИП).

(постановление АС Волго-Вятского округа от 04.09.2019 по делу № А29-11858/2018,
ООО "ХозАрсенал Плюс")



Поставка на экспорт товара через взаимозависимое лицо сама по себе не доказывает наличие схемы незаконного «дробления бизнеса» с целью возмещения НДС

Между налогоплательщиком (поставщик), созданным в 2016 году, и контрагентом в 2017 году были заключены внешнеторговые контракты на поставку товара (мебель и оборудование в Южную Осетию, далее - ЮО), приобретаемых на внутрироссийском рынке у третьих лиц. По указанным экспортным контрактам применена ставка НДС 0% и заявлены налоговые вычеты.

При этом покупатель являлся взаимозависимым лицом по отношению к налогоплательщику (мать директора/учредителя), имел статус ИП как в РФ (с 2006 года), так и в ЮО (с 2011 года), а также вел бизнес на территории РФ через созданное в 2007 году юридическое лицо (далее – ООО).

В связи с этим налоговый орган пришел к выводу о том, что деятельность, схожую с деятельностью налогоплательщика, по реализации оборудования и хозяйственных товаров, в том числе в ЮО, может осуществлять указанное ООО, а также сама ИП. То есть не было необходимости в создании нового юридического лица (налогоплательщика) для совершения экспортных сделок, создание которого свидетельствует об искусственном дроблении бизнеса с целью создания незаконной схемы по минимизации налогообложения. Дополнительно налоговый орган указал на то, что деятельность налогоплательщика осуществлялась в помещениях, арендуемых у ИП.

Рассматривая спор в пользу налогоплательщика, суды исходили из следующего. 1) налоговым органом не получено сведений о том, что ИП до создания налогоплательщика занималась тождественной деятельностью и самостоятельно экспортировала за пределы территории РФ аналогичный товар. 2) в настоящее время деятельность налогоплательщика и ИП (в РФ) также не тождественны (оптовая и розничная торговля, соответственно). 3) ИП приобрела свой этот статус как в РФ, так и в ЮО задолго до создания налогоплательщика; 4) налогоплательщик хотя и арендует помещение у ИП, но не ведет в нем свою торговую деятельность, оно используется только под офис; 5) спорные экспортные товары перед поставкой в ЮО приобретались у независимых третьих лиц, а не у ИП; 6) налогоплательщик является для ИП (на территории ЮО) лишь одним из многих других российских поставщиков.

На основе этих и некоторых других фактов суды пришли к выводу о том, что между налогоплательщиком и взаимозависимыми с ним лицами фактически имеет место разделение деятельности; субъекты организационно обособлены, их деятельность не является частью единого производственного процесса, направленного на достижение общего экономического результата; каждый из участников группы лиц осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность и несет свою часть налогового бремени, относящегося к этой деятельности; в материалах дела нет доказательств, подтверждающих применение налогоплательщиком незаконной схемы «дробления бизнеса», позволяющей минимизировать налоговые обязательства при использовании различных систем налогообложения.

(постановление АС Северо-Кавказского округа от 09.09.2019 по делу № А25-2124/2018,
ООО "Юг-Экспорт")

Налог на прибыль
Обеспечение налогоплательщиком питания сотрудников сторонних организаций не является достаточным основанием для отнесения деятельности его столовой к обслуживающим хозяйствам

В ходе проверки налоговый орган пришел к выводу о необоснованном занижении налогоплательщиком налоговой базы по налогу на прибыль на суммы убытков за 2014-2016 годы по деятельности подразделения «столовая». По его мнению, эта столовая является обслуживающим производством, поскольку осуществляет обслуживание не только работников налогоплательщика, но иных посетителей. Налогоплательщиком не соблюдены требования абзацев 6 и 8 ст. 275.1 НК РФ.

С позиции же налогоплательщика, согласно Положению о столовой, она обслуживает работников налогоплательщика, помещение столовой находится на территории предприятия, на которой также действует пропускной режим, препятствующий проходу на эту территорию посторонних лиц, реклама и информация об услугах столовой в адрес неопределенного числа третьих лиц не распространялась, доступ третьих лиц в столовую был ограничен, стоимость готовых блюд в столовой ниже рыночного уровня, деятельность столовой никогда не была ориентирована на обслуживание неограниченного круга лиц и получение прибыли.

При рассмотрении дела было установлено, что в столовой среди прочего было организовано питание работников сторонних организаций (две охранные организации и организация-подрядчик). В связи с этим налогоплательщик в первой инстанции указал, что такое питание производилось не в свободной форме, а только по письменным согласованиям, без которых в обедах в столовой им было бы отказано.

Работники вышеназванных сторонних организаций проходили на территорию налогоплательщика исключительно при регистрации в «Парсек» - системе контроля доступа на территорию налогоплательщика и инструктировались по охране труда.

Суды не поддержали позицию налогового органа о том, что факт обеспечения налогоплательщиком питания сотрудников охранного агентства и подрядной организации следует рассматривать как достаточное основание для отнесения деятельности столовой к обслуживающим хозяйствам в порядке ст. 275.1 НК РФ, поскольку организации питания указанных работников связана с обеспечением производственной деятельности самого общества и особенностям его месторасположения (отсутствия возможности обеспечить питание иным способом).

Иной подход свидетельствовал бы об исключительно формализованном подходе к конкретной ситуации, что недопустимо с точки зрения реализации принципа уплаты законно установленных налогов (сборов).

Таким образом, при данных обстоятельствах вывод о том, что подразделение общественного питания налогоплательщика не может быть отнесено к обслуживающим производствам по смыслу ст. 275.1 НК РФ не противоречит данной норме.

(постановление АС Волго-Вятского округа от 05.09.2019 по делу № А17-5417/2018,
ООО "Верхневолжский СМЦ")
Налог на имущество организаций
Применение перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, не требует соблюдения нормы о действии актов налогового законодательства во времени (ст. 5 НК РФ)

По итогам камеральной проверки декларации по налогу на имущество организаций за 2017 год налогоплательщику доначислен налог на имущество в результате не исчисления суммы налога по одному из объектов, исходя из кадастровой стоимости.

По мнению налогоплательщика, перечень объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, утвержденный приказом областной администрации от 26.12.2016 не может применяться при исчислении налога за 2017 год (как нарушающий ст. 5 НК РФ).

При рассмотрении дела было установлено, что комитетом областной администрации действительно издан приказ от 26.12.2016 «Об определении Перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2017 год», приложением к которому является спорный Перечень объектов недвижимого имущества.

Приказ и Перечень опубликованы в сети Интернет 28.12.2016. В этот Перечень включен и принадлежащий налогоплательщику объект недвижимости.

Суды признали доначисление налога на имущество правомерным, отклонив довод налогоплательщика о нарушении при опубликовании Перечня абзаца 1 п. 1 ст. 5 НК РФ, поскольку правила введения в действие актов налогового органа, установленные указанной нормой НК РФ, в данном случае не применяются.

По смыслу пунктов 2, 7 ст. 378.2 НК РФ перечень объектов недвижимости определятся в целях применения закона субъекта РФ о налоге на имущество организаций. Этот перечень не регулирует отношения, связанные с установлением налоговых ставок, налоговых льгот, либо особенностей определения налоговой базы и представляет собой перечисление объектов недвижимости с указанием их кадастровых номеров и адресов.

Исходя из положений ст. 1, ст. 372 НК РФ по форме и содержанию данный акт не может быть отнесен к законодательству субъекта РФ о налогах. Указанная правовая позиция (как отметил суд) изложена в Определении ВС РФ от 20.02.2017 № 32-АПГ16-14.

Таким образом, налогоплательщик должен был исчислять налог на имущество организаций по спорному объекту исходя из его кадастровой стоимости.

(постановление АС Северо-Западного округа от 09.09.2019 по делу № А52-4404/2018,
ООО "ОЛЭКСИС")
Надеемся, что предоставленная информация окажется для Вас полезной. Мы готовы ее обсудить в удобном для Вас формате.
Рассылку Taxology читают финансисты, бухгалтеры, юристы, налоговые менеджеры, собственники бизнеса и даже конкуренты. Одна из лучших аналитических рассылок о налогах в России. Подпишитесь и Вы!